— Что ты сказал? — обернулась та.
— Я сказал, что не дам вам выстрелить в королеву и священного зверя.
— Идиот, — процедила левая.
— Согласна, — кивнула правая.
Я даже моргнуть не успел, как «лезвие» и «копьё» сорвались с их пальцев двумя зелёными росчерками…
Ей-богу, если бы жрицы пальнули заклятиями не в меня, а в Ирсайю и тхаа, толку было бы больше. А так я просто отправил их оба обратно, преобразовав в стазис и усилив так, чтобы они гарантированно пробили чужую защиту.
Чародейки рухнули, словно подкошенные. Не опуская лука, я подошёл к ним поближе, чтобы проверить, нет ли сюрпризов.
Проверить мне помешали. На лестнице снова загрохотали чьи-то ботинки.
— Стоять! — рявкнули сзади странно знакомым голосом.
Я развернулся. Передо мной с арбалетом в руках стоял тот самый десятник, из стражи Предгорного храма и копей, что пытался остановить нас с тхаа на выезде из посёлка.
Мы выстрелили одновременно. И оба почти попали. Арбалетный болт просвистел у меня под мышкой, повредив куртку и плащ. Моя стрела пробила гвардейцу правую руку, из-за чего тот выронил арбалет и упал на одно колено. В то же мгновение над его головой в мою сторону ударила яркая молния.
Перед глазами сгустилось привычное облако маг-энергии.
Я опустил лук и широко улыбнулся:
— Бесполезно, хранительница Фарьяна. Меня этим не проймёшь…
Глава 22
— Ты меня знаешь? — женщина в жёлто-сером тюрбане и маске той же расцветки обогнула десятника и остановилась напротив.
— Мы недавно встречались.
— Где?
— В Святилище. Возле Камня вечного времени.
Глаза у жрицы расширились:
— Экзекутор Адила⁈
Я усмехнулся:
— Почти. Но только без маски. И зовут меня не Адила, а Краум из Ривии.
— Ты здесь… чтобы убить королеву?
— Убить? Королеву? Похоже, что ты меня с кем-то путаешь. Про убить королеву — это вот к ним, — указал я на «отдыхающих» под бойницами жриц. — А у меня, извини, задача обратная. Я хочу сделать так, чтобы ни один волос не упал с головы законной властительницы Ларанты.
Пару ударов сердца хранительница смотрела на меня напряжённым взглядом, после чего кивнула на обливающегося потом десятника, зажимающего ладонью кровящую рану:
— Ты позволишь помочь ему?
— Да не вопрос, — пожал я плечами. — Но только учти. Если он снова начнёт…
— Он не начнёт, — Фарьяна присела около раненого и аккуратно взяла его за руку. Через миг её пальцы окутались красноватым свечением.
— Ускорение времени? — хмыкнул я понимающе.
— Да, — сухо ответила жрица.
Что ж, способ и впрямь интересный. Вместо того, чтобы тратить энергию на прямое лечение, как это делают имперские маги, саиры и рунные мастера, здешние чародейки позволяют организму самому справляться с проблемами и просто ускоряют локальное время в местах повреждений. Для внешнего наблюдателя от начала лечения до выздоровления проходят секунды. Для раны, что за эти секунды превращается в шрам — недели, а то и месяцы. Удобно, чёрт побери. Быстро и без побочных явлений…
Пока Фарьяна лечила бойца, я вернулся к бойнице и продолжил следить за тем, что творилось внизу. Удара в спину не опасался. Полученная от хранительницы маг-энергия ушла целиком в защиту. Окутавшая меня магическая броня позволяла выдержать пару десятков выстрелов из арбалета в упор и не менее сотни ударов чем-нибудь колюще-режущим.
— Если вы тоже желаете помочь королеве, советую поторопиться, — бросил я секунд через десять.
За это время Малыш и Ирсайя успели приблизиться к мосту и воротам на дистанцию уверенного поражения стрелами и заклятиями. И хотя толпа перед башней никуда пока не исчезла, её уже мало-помалу начали «разделять и организовывать». Три стражника там, три здесь, двое с лукам за их спинами, ещё двое с арбалетами по обе стороны от моста… И парочка жриц в оливковых масках мелькают среди повозок и лошадей…
— Всё в порядке. Закончила, — отозвалась хранительница. — Что там снаружи? Всё плохо?
— Сама посмотри, — уступил я ей место возле бойницы.
— Нам надо спешить, — сообщила Фарьяна, окинув взглядом окрестности. — Линт, останешься здесь, — приказала она излеченному десятнику. — Никого кроме нас сюда не пускать. Остальное по обстановке.
— Да, госпожа, — кивнул тот и, повернувшись ко мне, виновато вздохнул. — Прошу прощения, мастер. Не сообразил. Подумал, вы с ними.
— Пустое, — махнул я рукой…