Плащ был надежный, не пропускал ни капли, но зато снизу Гретхен с Флорианом вмиг промокли насквозь. Джинсы сразу потемнели, брючины задубели, а в кроссовки натекла вода. Гретхен чувствовала себя в «палатке» прекрасно: здесь было тепло и темно, да к тому же Флориан крепко прижимал ее к себе. Правда, оставалось неясным, что за этим стоит – искреннее чувство или простое желание спастись от проливного дождя? Гретхен склонялась к тому, чтобы отнести прижимание на счет чувств.
– Может, спрячемся у тебя в парадной? Или будем тут пережидать? – спросил Флориан.
– Тут пережидать, – сказала Гретхен, уткнувшись носом Флориану в шею.
– Ты не замерзла? – заботливо поинтересовался Флориан и попытался покрепче обнять Гретхен обеими руками. От этого движения плащ соскользнул у него с головы и струи дождя полились за шиворот. Гретхен была надежно укрыта, только несколько кудряшек выглядывало из-под ворота плаща.
– Забирайся обратно! – позвала Гретхен. – А то промокнешь!
– Нет, тут так классно! – отозвался Флориан, но Гретхен с трудом расслышала его слова. Шум ливня все заглушал.
– Что такого классного? – спросила Гретхен, высовывая голову из укрытия.
– Как дождь барабанит по макушке! – ответил Флориан.
Он прикрыл глаза, откинул голову назад, подставив струям лицо, и улыбался. Выглядел он при этом совершенно не по-дурацки, а как-то даже торжественно и возвышенно. Гретхен не захотелось больше прятаться в «палатке», и она опустила плащ. Так и просидели они, щека к щеке, на скамейке, пока тучу не отнесло ветром и дождь не прекратился. К этому моменту они вымокли насквозь, как будто оба свалились в Дунай и спаслись только благодаря речному патрулю.
– Хорошо как! – сказала Гретхен.
Флориан кивнул. Он пригладил мокрые волосы – теперь они выглядели как приклеенные. Гретхен помотала головой, и мелкие капли полетели в разные стороны, как у собаки, отряхивающейся от воды.
– У тебя красивые волосы, – сказал Флориан. – Похоже на британскую актрису Ванессу Редгрейв.
Гретхен от этого комплимента смутилась и вскочила на ноги, рассудив, что смущаться лучше стоя, чем сидя. О последствиях такой поспешности она не подумала.
Дело в том, что мокрые футболки имеют обыкновение прилипать к телу и обнаруживают все твои складки, отвислости и даже грудь. Получается, что стоишь как голый.
– Дай плащ сюда! – потребовала Гретхен.
Флориан сказал, что мокрый плащ на мокрую футболку лучше не надевать, потому что влага начнет испаряться и можно легко простудиться. Гретхен возразила, что плащ нужен как раз, чтобы не простудиться, а то ей страшно холодно.
– Да совсем же не холодно! – удивился Флориан и высказал подозрение, что у Гретхен, наверное, завелся какой-нибудь простудный вирус, если она мерзнет при таких температурах – ведь на дворе весна! Говоря все это, Флориан разглядывал Гретхен с таким выражением лица, какое в романах из придворной жизни встречается в ситуациях, когда герой «жадно пожирает глазами» какую-нибудь даму и «мысленно раздевает ее». Гретхен решительно протянула руку, чтобы забрать свой плащ. Флориан нехотя уступил.
– Вот увидишь! – сказал он. – Простуда тебе гарантирована! И чего ты такая упрямая?!
Гретхен влезла в плащ и почувствовала себя значительно увереннее. По существу Флориан был, конечно, прав. Мокрая ткань противно липла к телу и к тому же стала очень тяжелой, напитавшись водой. Но что этот груз в сравнении с душевными терзаниями? А простуд Гретхен, с ее крепким здоровьем, не боялась. Она не из тех, кто чихает и кашляет от каждого ветерка!
– Ой, Гретхен, мне пора! – смущенно сказал Флориан. – У меня в четыре репетитор по английскому. – Флориан озабоченно посмотрел на часы. – Уже без десяти! Прости! Надо бежать, иначе опоздаю. А каждая минута, как говорит мой папаша, обходится в три шиллинга!
Гретхен согласно кивнула.
– Ну беги! – сказала она.
– А побежали вместе! – вдруг предложил Флориан. – Заодно на ветерке и высохнешь!
Гретхен покачала головой. Бегать! Еще чего не хватало! Такое предложение показалось ей совершенно неуместным.
– Ну давай! Побежали! Чего ты! – Флориан схватил Гретхен за руку и потянул за собой, но та с силой выдернула свою ладонь из его цепких пальцев и буркнула:
– Пусти! Не хочу я бегать!
– Тогда пока! – и Флориан умчался.
Гретхен смотрела ему вслед. Она стояла со скрещенными на груди руками и вздыхала. Яснее ничего не стало! Она так и не разобралась: врет он или нет? Любит он ее или нет? И что они будут делать со своими отношениями – скрывать или не скрывать?