— Пан Гродзянский младший, — хозяйка отвлекла меня от почесывания носа. — Сходи.
Умойся.
Приготовься к вылету.
— Мы втроем полетим?
— Втроем? — Хозяйка взглянула на Гретхен.
С вопросом взглянула.
— Почему бы и нет? — Гретхен наматывала локон на пальчик. — Я бы прошвырнулась по бутикам.
На деньги, которые выиграет мой муж.
— Заманчиво! — хозяйка согласилась.
Я умылся.
Помылся.
Подмылся.
КОГДА ЛЕТИШЬ НЕИЗВЕСТНО КУДА, ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОДМОЙСЯ.
Хозяйка принесла мне женское платье.
Розовое.
С рюшечками.
— Ты шутишь? — Я вознегодовал. — Я — мужчина.
Ты же предлагаешь мне платье.
— Если бы я шутила, — хозяйка сузила глаза, — то я бы рассказала анекдот.
Смешной анекдот.
Но я не шучу.
Ты — карточный шулер.
Твоя задача — выиграть.
В КАРТАХ НЕ ВАЖЕН ПРОЦЕСС, А ВАЖЕН РЕЗУЛЬТАТ.
Во-первых, вечеринка, на которую мы летим — особенная.
Там собираются мажоры.
Бездельники богемы.
И розовое платье на тебе…
Платье с рюшечками…
Будет уместно.
Очень.
Они бы удивились, если бы ты пришел в нормальной одежде.
Во-вторых, ты сядешь за карточный стол.
Платье будет отвлекать других от твоей игры.
— Я в этом платье выгляжу дураком.
— Отлично! — хозяйка всплеснула руками. — На то, что ты выглядишь глупо — весь расчет.
Твою игру никто серьезно воспринимать не будет.
До поры до времени.
Ты все время смейся.
Как дурочка.
Хохочи.
И говори, что новичкам везет.
— Ладно, — я пробурчал. — А вы в чем полетите?
В смокингах?
— Мы о себе позаботимся, — хозяйка наклонилась.
Я знал, чем это закончится.
Съежился.
И она засунула мне под платье кобру.
Королевскую кобру.
С капюшоном.
Кобра ужалила больно.
В мое мужское достоинство.
Я снова выл.
Но не долго.
— Тебе полезно, — хозяйка кивнула. — Яд королевской кобры лечит.
Излечивает от глупости.
К тому же — он очень дорогой.
Ты мне должен за него будешь.
— КОБРА УКУСИЛА МЕНЯ В ЧЛЕН, А Я ЗА ЭТО ДОЛЖЕН?
Вскоре мы подошли болоту.
— Мы на болоте полетим? — Я засмеялся.
— Пан Гродзянский младший, хочешь еще одну кобру под платье?
— А что я сказал дурного?
Я пошутил.
— Ты должен сосредоточиться на игре.
На предстоящей игре.
А полетим мы, — хозяйка пряничного домика свистнула, — на космолете.
Из болота поднялся космолет.
— Шикарная космояхта, — я открыл рот.
— Более, чем шикарная, — Гретхен кивнула.
Словно космояхта была ее. — Космояхта с сауной.
И с купальней.
— Гретхен!
Жена моя.
Так ты была уже на этой космояхте?
— Конечно.
Ты учишься играть в карты.
Я УЧУСЬ РАЗВЛЕКАТСЬЯ И ПОЛУЧАТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ.
— А со мной?
В постели ты не получала удовольствие?
— Нуууу.
Пан Гродзянский младший.
Муж мой. — Гретхен вытянула губы дудочкой. — Как сказать…
С тобой в постели было…
Была…
Как бы работа.
Интересная работа.
Поучительная.
— Много нового я узнал о себе, — я вошел в космояхту.
Хозяйка запустила ее на автопилоте.
Значит, программу ввела давно.
Программу, куда мы летим.
— Мы — припудрить носики уйдем, — Гретхен и хозяйка пряничного домика взялись за руки.
Захихикали.
И покинули рубку управления.
Я было, кинулся за ними.
Подсмотреть.
Как они пудрят.
Пудрят носики.
Но меня схватил за ногу андроид.
— Господин.
Нельзя.
Вам не положено. — И держал.
Вскоре появились подружки.
— Ничо се! — Я присвистнул. — Вы принарядились.
Мое розовое платье по сравнению с вашими одеждами — как тулуп нищего. — Я облизывался.
Было — почему.
Гретхен закутана в подобие сетки.
Сетка украшена булавками с драгоценными камнями.
ВРОДЕ БЫ ОДЕТА, В ТО ЖЕ ВРЕМЯ ГОЛАЯ.
Через сетку проглядывали прелести.
Прелести моей жены.
Я подавился.
Подавился слюной.
Но хозяйка пряничного домика.
Она была еще экстравагантнее.
Узкая черная юбка.
Высокие кожаные сапоги.
Тоже черные.
Блестящие сапоги.
С серебряными шпорами.
Обтягивающий корсет.
Тоже черный.
И на шнуровке.
Груди свободно выглядывали.
— Я заинтригован, — я поклонился. — Моя жена Гретхен.
Хозяйка пряничного домика! — Снова поклон. — Теперь я могу умереть спокойно.
Я видел всё.
— УВИДИШЬ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВСЁ.
Хозяйка обещала.
— Теперь я горю.
Горю желанием.
— Мы видим.
Даже пышное платье не скрывает твое желание, пан Гродзянский младший.
— Платье не скрывает мое желание, потому что мое желание большое.