Я вылез из бочки.
Изучал свое тело в зеркале.
— Не помешает мне сесть на диету.
Мои ноги хорошей формы.
Но животик уже свисает.
Живот вздуло от щей из крапивы.
Талии нет.
А груди, как у старухи.
Висячие.
Не упругие.
Зато полные груди. — Я натянул пеньюар.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК ИНОГДА ХОЧЕТ ОКАЗАТЬСЯ МОЛОДОЙ ЖЕНЩИНОЙ.
Пеньюар едва налез.
Вприлипочку.
Зато облегал тело.
Соблазнительно облегал.
Мне понравилось, как я выглядел.
Выгляжу в пеньюаре.
Я намазал щеки свеклой.
Причесал волосы пятерней.
Потом включил галосериал.
Шла комедия.
— Ну! — Я начал волноваться. — Жених готов.
На часах около девяти.
Не мешает выпить кружку браги. — Я решил.
На полке стояла банка с брагой.
Я потянулся за ней.
БЕЗ БРАГИ НЕТ СВАДЬБЫ.
Прошел час.
Брага была выпита.
Галосериал закончился.
Я сменил пеньюар на свой балахон.
Снова включил голограф.
С мрачным видом устроился на диванчике.
Смотрел старый галосериал.
Я все же опьянел.
Пустота дома меня угнетала.
Где же фермерская семейка?
И моя невеста Гретхен.
Хотя…
Гретхен не знает, что она уже моя невеста.
Фермеры обязаны были вернуться к девяти часам.
Если задерживаются, то хотя бы собак отпустили домой.
А вдруг?
Медведи сожрали семейку фермеров?
Меня бросило в жар.
Если вся их семья погибла.
То я могу жить на этой ферме.
У меня будет своя ферма.
В ответ на мои мысли залаяли собаки.
Сначала в дом вошел фермер.
За ним — собаки.
Лютые космопсы.
С иголками вместо шерсти.
— Где брага? — Фермер даже не поздоровался со мной. — Пан Гродзянский младший.
Ты ее вылакал?
— Йа
Я!
— А я так торопился домой.
С поля.
Думал, что прибегу первый.
И выпью все один.
— Значит, ты опоздал.
— Не опоздал, — фермер отодвинул доску в стене. — У меня заначка.
Я не жадный.
Поделюсь и этой брагой с тобой.
ПОДЕЛИСЬ БРАГОЙ, А ПОТОМ С ТОБОЙ ПОДЕЛЯТСЯ ПОХМЕЛЬЕМ.
— Фермер! — Я не стал называть его по имени. — Я решил жениться.
Возьму твою дочку Гретхен в жены.
— Что?
Больше никто не дает? — фермер налил браги в кружки.
Кружки жестяные. — Все другие невесты отказали?
— Отказали.
Но и я не плох.
Я застрял с этой женитьбой.
Решил, что сегодня женюсь.
А уже вечер.
Поэтому я выпил твою брагу.
Не хочу рисковать здоровьем.
Возвращаться домой без невесты мне нельзя.
Погода отвратительная.
Мы ночью сыграем свадьбу с Гретхен.
Затем рано утром я возьму ее в свой дом.
— Пан Гродзянский младший.
Я подумаю. — Фермер старался говорить приветливо.
— Почему вы задержались в поле?
Уже почти десять.
А вы должны быть дома к девяти.
— Я не могу больше говорить, — фермер проблеял. — Язык от браги заплетается.
А так я — трезвый.
Поговорим утром.
УТРОМ ВЕЧЕРНИЙ МУДРЕЕ…
— Плевал я на завтра! — Я взорвался. — Обо мне ты подумал?
У меня был кошмарный день.
В двух домах мне отказали в женитьбе.
Я весь вечер прождал Гретхен.
А ты даже не потрудился меня понять.
Если бы я знал…
Я бы пошел в кабак.
Или еще куда-нибудь.
Ты просто гад, фермер.
Я не могу…
— Не ругай меня при моих собаках, — фермер захохотал.
Пьяный смех. — Они тебя разорвут.
Женишок.
Сиди пока. — Голос фермера сухой.
Бесстрастный голос.
На время фермер отключился.
Он сидел на стуле.
Голова его упала на грудь.
Из уголка рта вытекала тонкая струйка желтой слюны.
Я застыл.
Пытался совладать с чувством обиды.
Оно душило меня.
ТАК ЖЕНИХОВ НЕ ПРИНИМАЮТ!
Я разочаровался.
Фермер отрубился.
Не дождался, пока я ему все выскажу.
Я не заметил, как пришла фермерша с дочкой.
Гретхен выглядела усталой.
Еще бы!
— Гретхен, — я поднялся. — Я насчет свадьбы.
— Какой свадьбы?
— Нашей с тобой свадьбы.
Я жениться пришел!
— Ой! Пан Гродзянский младший! — Гретхен засмеялась. — Тебе больше никто не дал?
И меньше не дали?
Тебя прогнали другие невесты?
Если ты к дочке бедного фермера пришел.
— Вы все заладили одно и то же, — я произнес с негодованием. — Твой отец это уже говорил.
Гретхен.
Ты мне нужна.
Нужна, как жена.
Нужна, как работница.
— Женишок! — Фермерша вмешалась.
Поправила длинную косу. — А что ты можешь предъявить?
Какое за тобой приданное?
У тебя даже штанов нет.
Ходишь, как ребенок.
В балахоне.
— У тебя тоже нет штанов, фермерша.
Ты тоже в балахоне.
— Это не балахон.
Это — платье.