От возмущения у Тэсс пересохло в горле.
— Как у тебя язык поворачивается упоминать о моем горе? С тобой судьба обошлась так же жестоко.
Ричард медленно приблизился к ней. Его лазурные глаза затуманились.
— Очень хорошо. Наконец-то ты признала, что я тоже познал горе. Но я не бегаю и не бью себя в грудь, требуя сочувствия. Я живу и стараюсь взять от жизни все, чего и тебе советую.
— Что советуешь?
— Радоваться жизни. Думаю, ты слышала, чем могут заняться мужчина и женщина.
Тэсс невольно усмехнулась.
— Слышала.
— А ты знаешь, как это делается? Думаю, что нет. Хочешь, покажу?
Ричард смотрел ей в глаза, явно бросая вызов. Он стоял так близко, что Тэсс чувствовала его дыхание, соблазняющее и дерзкое.
— Позволь мне показать тебе, как это происходит.
— Ты — самовлюбленный нахал! Тебе и в голову не может прийти, что я знаю это не хуже тебя.
— Говоришь, можешь сделать? Докажи мне.
Тэсс усмехнулась.
— Захотел веселую девицу? Хочешь развлечься?
Да, я докажу тебе это, даже если это будет стоить мне жизни, — подумала Тэсс.
8
Ричард галантно раскланялся.
— С чего начнем?
— С самого простого, — ответила Тэсс. — Без эля, без музыки, без шумных пиров. Мужчина и женщина могут это делать без громкой огласки. Истинное удовольствие не требует эля для остроты ощущений. Не так ли?
— Истинное удовольствие будет в раю, а мы пока живем на земле. Я покажу тебе замок. Я думаю, с этого и начнем.
Ричард с мальчишеским озорством схватил ее за руку и повлек за собой. Тэсс оставалось лишь подчиниться. Целый час они бродили между хлебными и пивными лавками. По пути они осмотрели голубятни, пасеки, прошли мимо воинов, совершенствующих боевое искусство. Замок жил своей повседневной жизнью. Тэсс не могла не заметить излишней роскоши в поместье графа, но ничего не сказала. Ведь они с Ричардом договорились, что будут развлекаться.
Но, когда они вошли в спальню его матери, Тэсс не удержалась. С тех пор как его мать умерла пятнадцать лет назад, спальню никто не занимал.
— Ричард, — спросила Тэсс, указывая в угол спальни. — Кто эти женщины?
— Служанки моей матери, — прошептал Ричард. — Пухленькая — это Маргарет, строгая — Эдит, а самая хорошая — это Роза, — сказал он, указывая на пожилых женщин с явной любовью.
Услышав свои имена, женщины оторвались от работы.
— Доброе утро, Ричард! Здравствуй, милый наш мальчик, — сказали они почти одновременно.
— Доброе утро, — ответил Ричард, поддерживая Тэсс под локоть.
Тэсс остановилась у горящего факела в узком коридоре.
— Ричард, зачем ты держишь этих служанок все эти годы после смерти матери? Я не хотела ни о чем таком говорить, поскольку мы решили, что будем сегодня развлекаться. Но я не могу не сказать, что это чрезмерная трата денег. Поэтому и пуста твоя казна.
— Тэсс, таких рукодельниц не сыскать во всем королевстве! Они верно служили моим родителям. Только из любви к моей бедной матери я их никогда не прогоню.
— Но ты не должен, — упорствовала Тэсс. — Ведь ты весь в долгах.
В этот момент они столкнулись с мальчиком. На нем была коротенькая туника и широкий камзол, отделанный мехом. Его белые чулочки были расшиты золотой нитью. Тэсс опять принялась поучать Ричарда.
— Он у тебя наряжен, как паж у короля. Почему бы тебе не одеть его попроще?
— Тэсс, Тэсс, Тэсс, если мои люди будут одеты кое-как, подешевле, как же я сам смогу носить богатые одежды?
Ричард обнял ее за плечи. Ей вдруг захотелось прижаться к нему, но Ричард продолжал ее журить:
— Перестань цепляться к каждой мелочи. Ведь мы решили развлекаться. Ты и дальше будешь на каждом шагу ворчать?
— Я вовсе не ворчу, — обиженно возразила Тэсс.
— Понял. — Ричард хлопнул в ладоши. — Мы поведем легкую беседу. — Он взял ее под руку и повел по коридорам. — Я начну рассказывать, а ты поддержишь разговор.
— Постараюсь, — усмехнулась девушка.
— Тэсс, этим утром мой сокол поймал двух зайцев и перепелку. Что скажешь?
— А мой сокол поймал трех зайцев и четырех перепелок, — язвительно ответила Тэсс.
— Нет, так не поддерживают беседу. Попробуй еще раз.
— Ну что ж, я тогда скажу так: «Милорд, это превосходно!»
— Правильно, очень хорошо, — рассмеялся Ричард.
Тэсс было приятно шутить с Ричардом, но что-то не давало ей покоя.