Сасс одарила его улыбкой, впрочем, без особого успеха. Шон Коллиер снял куртку и повесил ее на гвоздь у двери; казалось, он не слышал, что она сказала. Сасс неустрашимо направилась к камину и взяла с подноса чашку, а Лизабет съежилась от нехороших предчувствий. Прихлебывая кофе, Сасс бродила по хижине; остановить ее уже не было возможности.
— Ах, — воскликнула Сасс с видом гостеприимной хозяйки. — Вы, должно быть, замерзли. Может, принести вам кофе?
— Я найду дорогу на собственную кухню.
— Простите. — Сасс взмахнула руками, изображая капитуляцию. — Мне просто хотелось быть вам чем-то полезной. Я весьма признательна вам за то, что вы заправили наш автомобиль.
— В баке не так уж и много бензина, но до города вы доберетесь, — проворчал он, все еще никак не в силах примирится с присутствием этих женщин в своем доме. — По-моему, вам уже пора отправляться.
— Мистер Коллиер, посмотрите на вещи разумно. Какой вам смысл держать при себе права на эту книгу, когда вы можете выгодно их продать?
— А кто получит от этого наибольшую выгоду, мисс Брандт? Вы? Вы станете богаче? Знаменитей, чтобы даже на Луне люди знали ваше лицо, а заодно и отшельники вроде меня, изредка выбирающиеся в город?
— Ладно… — Сасс опустила руки и стерла с лица обворожительную улыбку. Она уселась напротив него на жесткий диван. — Ладно. Вы правы. Давайте поговорим. Я вам ужасно надоела. Я нарушила ваш покой. Вероятно, вы наслаждаетесь вашим уединением… Что ж, ваше право. Но мы не стали бы вас беспокоить, если бы вы были на высоте, как душеприказчик наследства Тайлера Макдональда. Взявшись за это дело, вы взяли на себя и обязанности по делам покойного.
— У меня нет таких обязательств, мисс Брандт. Тайлер Макдональд умер. Теперь все решения принимаю я. И предпочитаю ни за что не браться. Само по себе, это тоже решение.
Шон заговорил, и Сасс смотрела на него как завороженная. Ни борода, ни усы не могли скрыть его красивые губы. Они чуть приоткрылись, почти по-детски, когда он ждал ее ответа. Он совсем не собирался выслушивать доводы и менять свое решение. Сасс уже это поняла и все-таки не могла остановиться и продолжала говорить, опасаясь того, что едва лишь закончит бороться за свой проект, как ей придется тут же покинуть этот маленький домик, затерявшийся где-то среди просторов Аляски.
И это значит, что мистер Макдональд выбрал неудачного душеприказчика своего наследства…
— Ш. Дж. Коллиер. Я не ошиблась?
Сасс вздрогнула от голоса Лизабет. Она почти забыла о присутствии здесь своей секретарши, молча расхаживавшей по комнате. Ее глаза метнулись в сторону Лизабет, затем тут же вернулись к мужчине, сидящему в кожаном кресле. Губы его сжались. Насмешка, сквозившая минуту назад, сменилась на холодную настороженность. Он снова превратился в суровое, непонятное и пугающее существо. Его красивое лицо, черные, как угли, глаза сделались настолько непроницаемыми, словно между ними закрылась стальная дверь. Он окаменел. Лизабет же, забыв про свои опасения, подошла к нему и показала медную табличку.
— Вы Ш. Дж. Коллиер, ирландский писатель, отказавшийся от Нобелевской премии в области литературы. Впрочем, нет, — Лизабет покачала головой, припоминая, — вы не отказались. Вы просто исчезли. Вы…
4
— …Вы сын Тайлера Макдональда.
Сасс и Лизабет обменялись понимающими взглядами. Их литературных познаний оказалось достаточно, чтобы понять, что этот мужчина не просто исполнитель воли покойного. Хранитель литературной легенды Тайлера Макдональда преуспел и в создании своей собственной, а после этого внезапно исчез.
— Как вы можете так хладнокровно мне отказывать? И как прикажете это понимать? — спросила Сасс с негодованием, царственно выпрямив спину, обиженная тем, что этот человек не хочет откликнуться на ее просьбу, хотя сам знает, что такое творчество. — Ставить крест на собственном вдохновении — это одно, но как мы смеете стоять на пути творчества вашего отца, препятствуя его дальнейшей жизни? Видно, вы ужасный трус, мистер Коллиер. Вы сбежали от собственного успеха, а теперь ревнуете к славе отца, даже после смерти. Боже! Это просто немыслимо.
Шон Коллиер резко вскочил с кресла и встал перед Сасс. Она подняла вверх голову без страха, лишь раздосадованная тем, что он оказался таким мелочным. К ним молча подошла Лизабет, и Шон взял у нее табличку. В тишине хижины им были слышны лишь треск и шипение поленьев в камине да звук шагов Шона Коллиера, направившегося к стоящему в дальнем углу письменному столу. Там он положил табличку на то место, где ее нашла Лизабет. Его пальцы чуть задержались на гладкой медной поверхности, медленно погладили темную деревянную рамку. Сасс почудилось, что его плечи вздрогнули и что он еле слышно вздохнул. Но сухие поленья потрескивали в очаге, и у Сасс не было уверенности, что она слышала что-то еще, кроме этого звука. Она сидела неподвижно, не осмеливаясь посмотреть на Лизабет. Теперь даже ей сделалось страшно.