— Ну, как ты себя чувствуешь после этого маленького урока плавания? — поинтересовался Шон, стоя в чистейшей воде бассейна, который сам вычистил, счастливый оттого, что держит ее на руках, в то время как ее ноги медленно двигаются, взбивая воду, чтобы укрепить все мускулы.
— Я без сил. Ты слишком строгий тренер, и я тебя скоро уволю, — пошутила она.
— Не тяжело ли тебе будет сделать это?
Сасс потрясла головой. Ее лицо сияло красотой, а мокрые, гладко зачесанные назад волосы еще сильней подчеркивали тонкость его черт. Какая удивительная, природная красота, подумал он.
— Вовсе нетрудно. Достаточно мне пошевелить пальцем, и ты вылетишь отсюда. Я найду кого-нибудь, кто тебя вышвырнет, как только ко мне вернутся мои люди.
— Нет, это невозможно, — сказал Шон и сделал пируэт, устроив вокруг них водоворот. — Ты мне не платишь, значит, не распоряжаешься мною. Вот и не сможешь от меня отделаться, даже если и захочешь.
Тут Сасс открыла глаза, и слабая улыбка заиграла на ее губах, когда она посмотрела ему в лицо. Можно подумать, что он высечен из камня, а на самом деле такой нежный, добрый и так хорошо улыбается.
— Ты мне обещаешь, Шон?
— Что?
— Обещаешь, что я не смогу от тебя отделаться?
— Клянусь, что я буду для тебя точно как тот неразменный пятак. Выбросишь меня, а я снова тут как тут. — Он поцеловал ее, и она крепче обняла его за шею и прижалась к нему всем телом. Но ей все казалось мало.
— Сасс! — раздался резкий окрик.
Ее глаза раскрылись, но она все еще прижималась к нему. Лизабет. Как всегда некстати. Сасс повернула голову.
— Да? В чем дело?
— Ленч. — Лизабет стрельнула глазами в Шона, потом снова взглянула на Сасс. — Я принесла вам обоим ленч, — неохотно добавила она.
Шон и Сасс заговорщицки переглянулись. Бедная Лизабет. Как ненавидит она жизнь, которую Шон возвращает в Сасс. Или, пожалуй, ненавидит она Шона. Но Сасс все ей прощает, понимая, как отчаянно эта женщина нуждается в том, чтобы в ней нуждались. Может, Сасс смотрела бы на нее по-другому, если бы Шон рассказал ей, как Лизабет не допускала его к ней. Но он помалкивал об этом и надеялся, что не пожалеет и впредь о своем решении.
Окунув Сасс в последний раз, он поднял ее повыше и понес к бортику бассейна. Там он осторожно поставил ее на теплый бетон. Лизабет принесла полотенце и накинула ей на плечи. Шон подтянулся на сильных руках и вылез. Вода текла с него ручьями. Настоящий морской владыка. Он откинул назад черные волосы и хватил полотенце.
— Ты выглядишь чудесно, Сасс. Несколько месяцев назад я бы не поверил, что ты так быстро поправишься. Ты проделала потрясающую работу.
— Мы оба проделали потрясающую работу. Думаю, что я уже умерла бы, если бы не твое появление.
— Не говори такие вещи, — возразил Шон, нахмурившись. Сасс захотелось извиниться, ведь он наверняка подумал о своей давней возлюбленной, лишившей себя жизни. Она и не знала, что черная туча, спустившаяся на него, вызвана мыслью о том, что он никогда бы ее больше не увидел. — Ты крепнешь на глазах, и я думаю, что дела у тебя пойдут еще лучше, чем прежде. Позволь мне на тебя поглядеть?
Он отстранился и внимательно оглядел ее с головы до ног. Сасс, кокетливо закинула за плечи полотенце и встала в позу.
— Да, вы выглядите превосходно, мисс Брандт. Несколько лишних фунтов веса пошли вам на пользу. — Он похлопал ее по рукам. — Очень сильные. Превосходно. А ноги. Ты только посмотри на эти ноги. — Шон протянул к ним руку, но Сасс отпрянула, уронила голову, а ее руки непроизвольно потянулись, чтобы загородить то, что так ее ужасало. Но Шон ее опередил. Он поймал ее ладони и поднес их к губам. — Не беспокойся, Сасс. Дай я просто погляжу. Ты думаешь, я не видел их до этого?
Сасс покачала головой.
— Нет. Мне просто не хочется, чтобы ты смотрел на них пристально.
— Сасс, ты вспомни, как эти ноги выглядели вначале. Когда я их увидел, мне показалось, что у тебя не хватит сил, чтобы заставить их снова ходить. Ладно, моя дорогая, дай мне посмотреть.
Сасс неохотно уступила, и Шон осмотрел сначала одну, потом другую ногу.
— Сасс, ты должна гордиться тем, что совершила. Смотри-ка. Смотри, какие они милые.
— Они безобразные, — нахмурилась Сасс.
— В шрамах, да. Но не безобразные, — поправил ее Шон. — Эти шрамы говорят о твоем мужестве. Скоро они исчезнут. Разве доктор не сказал тебе, что операция была последняя? Больше он ничего не может сделать, так что остальное сделаем мы. Ну-ка, дай я посмотрю, как они работают, раз они снова стали такими мускулистыми, загорелыми и стройными.