Эму брызнули в разные стороны и скрылись в разросшемся парковом кустарнике. На лужайке перед домов воцарилась тишина. Люди недоумённо переглядывались, будто все разом только что видели один и тот же кошмар и вот все одновременно проснулись.
Данил, прижимающий к себе израненного Спайка, внезапно осознал, что боль, которую он чувствовал буквально только что, пропала. Что на его спине нет и царапинки, а вот у Спайка бока и спина исполосованы длинными порезами и сочатся алой кровью.
Ольга вдруг совершенно обессилила и опустила мальчика на землю.
Арина, с испуганным недоумением уставилась на ружьё, которое мгновение назад пыталась отобрать у Ярослава. Неужели она только что мечтала выцарапать ему глаза?
Ярослава окатила волна жара, когда он осознал, что его палец до сих пор лежит на спусковом крючке, а ведь прямо перед дулом его ружья почему-то стоит Арина. Внезапно, он вспомнил о лютой ненависти к страусам и к Арине, что их вырастила, охватившей его, при виде эму, атакующих Данила и Ольгу. Он выбежал из дому на шум, думая, что на них напали бандиты, но то, что он увидел, было гораздо страшнее. Его предчувствия оправдались — страусы выступили против своих хозяев! А всё Арина со своим глупым упрямством! Он прямо-таки взбеленился от злости, а тут еще и она повисла у него на ружье. Ох, если бы не Тарас… Ярослав благодарно взглянул на товарища. Тот махнул рукой мол: «Давай в дом».
Тарас увёл всех растерянных и напуганных участников побоища на лужайке в дом. У него уже были кое-какие догадки на счёт этого странного происшествия, но высказывать их было некогда: требовалось оказать немедленную помощь раненым.
Ярослав с Ариной пострадали не сильно — у них попросту были исцарапаны руки. Ольге досталось больше: её порезы были значительно глубже и достигали плеч. Серьезней всех пострадал Спайк. С невысокими противниками эму дрались ногами, используя свои серповидные когти, поэтому спина и бока спаниеля оказались изодранными длинными глубокими ранами. Позже Ольга рассказывала, что страусы использовали также когти на лучезапястном сгибе крыльев. Именно ими эму исцарапали ей руки. Когда же они метили в глаза противнику, то в ход шли и клювы. К счастью таких серьёзных травм никто не получил.
Тарас не знал, кому первому оказывать помощь: с одной стороны для него важнее были люди, но у Спайка раны были гораздо опасней. Ольга уловила его колебания и мужественно заявила, что со своими «царапинами» справится сама. Данил тоже умолял Тараса заняться в первую очередь спаниелем. «Ему же больно, — хныкал он. — Я чувствую!» Арина с Ярославом, похоже, ещё не пришли в себя от помешательства, навалившегося на них в парке, да и царапины их особых опасений не вызывали.
Тарас принял решение в пользу Спайка. Спустившись в кухню, он уложил спаниеля в одну из огромных моек и стал промывать его раны водой. Они были густо залеплены земляным сором и пылью. Тарас понял, что это из-за того, что эму били пса ногами, опрокидывая его каждый раз на землю. Удивительно, как при этом они не распороли ему брюхо — это был бы для него конец! Что делать дальше Тарас не имел ни малейшего понятия. Может залить раны водкой? Так, во всяком случае, он уничтожит микробов, попавших в раны вместе с грязью. Он достал из холодильника бутылку водки, но к счастью для Спайка, в кухню в этот момент вошли женщины.
Ольга без сил опустилась на табурет и положила свои дрожащие израненные руки на гладкую дубовую столешницу кухонного стола. Арина к величайшему облегчению Тараса подошла к спаниелю. Её лицо все ещё было пергаментно-белого цвета, но губы решительно сжались, брови слегка хмурились — Арина становилась сама собой. Бросив на Спайка беглый взгляд, она решительным шагом подошла к одному из кухонных шкафов и достала из него аптечку. Здесь было всё, что нужно для предстоящей операции: шприцы, новокаин, скальпель, спирт, бинты, хирургические иглы разных размеров и антибактериальная присыпка. Спайк был перенесён на кухонный стол и Арина взялась обрабатывать его раны. Она успела обколоть спаниеля обезболивающим и начала обривать шерсть вокруг самой обширной раны на его боку, когда в кухню вошёл Ярослав. Как и Арина, он тоже был бледен, но, так же как и она, уже взял себя в руки.
— Я нашёл Иру, — сообщил он, обращаясь в основном к Ольге. — Она пряталась в кладовой. Говорит, что на неё напало необъяснимое чувство ужаса, но теперь всё прошло. Я отправил её к Никите.
— Значит, и на неё это подействовало, — негромко сказал Тарас.
Арина быстро взглянула на него, но тут же перевела взгляд на Ярослава и сказала: