— Скорее всего, — пожала плечами Арина. — Чего бы им уходить из города, где полно еды?
— Это ужасно! — воскликнула Ольга. — Если крысы станут забираться в спальни… — она задохнулась от отвращения.
— Необходимо позаботиться, чтобы этого больше не случилось, — Ярослав продолжал хмуриться. — Сегодня же затяну все окна и отдушины стальными сетками. Если крысы облюбуют у нас уголок, вывести их будет очень сложно.
— Да уж… — протянула Арина. — Придётся проверить кладовые и все подсобки.
— А можно я этим займусь? — тут же вызвался Данил.
— Ну конечно ты — без Спайка тут не обойтись! — этой фразой Арина мигом вернула Данилу доброе настроение.
— Неужели крысы такая проблема? — удивился Тарас.
— Ещё какая! — воскликнула Арина. — Чтобы добраться до еды крысы изгрызают всё на своем пути. Часто нападают на больных или маленьких домашних животных, пожирают яйца, портят посевной материал. Портят вещи и могут повредить электропроводку, из-за чего случаются пожары. А самое страшное — крысы переносят болезни, — Арина подняла указательный палец вверх, словно поставила восклицательный знак в конце своей тирады. — Не забывай, Тарас, — вокруг лежат миллионы трупов и все их болячки остались при них. Крысы падальщики, это они разнесли чуму по Европе в четырнадцатом веке и заразили пол-Лондона в семнадцатом, — Арина повернулась к Данилу. — Собаки тоже часто заболевают болезнями, переносчиками которых являются крысы, так что будет лучше, если Спайк не станет на них охотиться.
— А ваши эму, они не заразятся? — встревожилась Ольга.
— Не знаю, будем надеяться, что их ускоренный метаболизм защитит их. Во всяком случае, ограничить доступ крыс в парк мы никак не можем, а запереть страусов в сарае было бы слишком жестоко — они уже слишком большие для такого тесного помещения.
Эму были уже не просто большие — они стали огромные. Перегнав взрослые размеры птиц своего вида, они до сих пор продолжали расти. Более мощные, более кряжистые и толстоногие чем обыкновенные эму, они и весили уже под девяносто килограммов каждый. А вес Эго перевалил за центнер. Не сильно отстала и Пава. Теперь страусы были и выше своих опекунов, и тяжелее их.
После выявления роли Грибницы в общении с эму, держать их взаперти стало бессмысленно: Ярослав с Ариной крепко накрепко внушили своим подопечным, что при любых обстоятельствах нападать на членов общины и в том числе на Спайка им категорически нельзя. Добиться послушания от эму было сложно. Долгое время они не могли сообразить, почему обязаны терпеть на своей территории существ, кормовая база которых, схожая с их собственной, да ещё и не связанных с ними ментально.
«Глухие» — этот образ относился ко всем членам общины, кроме Арины и Ярослава. Последних эму автоматически зачислили в стаю и поставили во главе над собой, а все «глухие» рассматривались ими, как потенциальные враги или как добыча. Раньше птенцы остерегались других людей, поскольку осознавали свою слабость. Теперь же они терпели их из-за того, что их воспитатели по какой-то причине тоже так поступали. Ярослав боялся, что рассердившись однажды из-за какого-нибудь пустяка на своих друзей, он тем самым навлечёт на них гнев эму. Объяснить птицам значение понятия «дружба» у него не получалось. У Арины тоже. Они пытались обойти это препятствие разными путями, но все без толку.
Арина как всегда упорствовала:
— «Но почему не включить «глухих» в стаю?» — передавала она эму свою идею.
— «Они не стая» — отрицали те все разом.
— «А что стая?»
— «Стая — это мы» — в её уме возникал общий образ эму, её самой и Ярослава.
— «Но мы же разные», — Арина демонстрировала им руки, передавала образ своего тела без перьев и хвоста.
Страусам это было не интересно — они и так знали, как выглядят их лидеры.
— «Остальные такие же как мы», — пыталась доказать им Арина с помощью логики.
— «Не такие — возражали эму. — Они глухие».
— «Но мы тоже вначале были глухими, — не сдавалась Арина. — Раньше мы вас не слышали».
Страусы излучали недоумение, почти обиду.
— «Всегда слышали, — возражали они. — Поэтому мы стая».