Он встал, стараясь не делать резких движений, медленно разгибаясь и поворачиваясь. Так головокружение было почти неощутимо. Рана на лбу уже затянулась и не беспокоила его, а вот с ориентацией в пространстве до сих пор были проблемы. Из-за этого все предыдущие дни Арина запрещала ему вставать. Но теперь с него достаточно этих валяний! От непрерывного лежания уже болела спина. А от разговоров, которыми его пытались развлечь остальные члены общины, пока Арина выполняла его же — Ярослава — работу, он быстро уставал, и его начинали мучить головные боли. Да ещё эти обморожения: кожа на подушечках пальцев ног и рук слезла, а образовавшиеся ранки постоянно мокли и болели. Ольге приходилось ежедневно перебинтовывать их заново. Ярослава злила его беспомощность, он бесился от того, что не в состоянии помочь жене в её нелёгком предприятии.
И всё-таки, по прошествии шести дней с момента аварии, Ярослав чувствовал себя едва ли не лучше, чем Тарас. Тот до сих пор не мог вздохнуть свободно, с трудом ложился, вставал или поворачивался. Для тяжёлой работы он, как и Ярослав, был непригоден и теперь, если не помогал Ольге на кухне, так слонялся по дому из угла в угол. «Сегодня составлю ему компанию» — горько усмехнулся Ярослав.
Вернулась Арина. Застав его уже одетым, она конечно же подняла шум:
— Зачем ты встал? Тебе ещё нельзя!
— От лежания в кровати мне только хуже, — Ярослав твёрдо решил не поддаваться её напору. — Я уже неделю только и знаю, что ничего не делаю.
— Но у тебя же сотрясение мозга! — продолжала наступать Арина. — Ты что на тот свет захотел?
— Если я ещё хоть день проведу в постели, то от скуки точно туда отправлюсь, — парировал он. — Арина брось это: мне и так тошно от того, что я свалился с этим сотрясением в такой момент, а ты ещё и вставать мне запрещаешь, — закончил Ярослав уже совсем жалобно.
Он-то планировал рассказать, как он гордится своей женой, как ему жаль, что он так подвёл её, да ещё в такое тяжелое время — в разгар морозов. А вышло вот так криво и жалко.
— Просто я беспокоюсь о тебе, — Арина явно смягчилась.
— Знаю. Я тебя очень люблю, — Ярослав шагнул к ней и обнял. И в этот момент понял: зачем пустые слова, когда можно просто прижать её к себе. Сердце само всё скажет и всё объяснит.
— Ярик…
Арина растерялась: не так-то часто они позволяли себе вот так открыто проявлять чувства по отношению друг к другу. Виной тому была природная сдержанность Ярослава и её — Ариныно — подчёркнутое стремление к независимости от кого бы то ни было. «Это глупо, — вдруг подумалось ей. — Он же мой муж. Мой избранник». Арина плотнее прижалась к Ярославу и услышала, как гулко забилось его сердце. За окном торжествующе заверещали эму.
На полное выздоровление у Ярослава ушла ещё неделя. А дней через десять пришёл в порядок и Тарас. Запасы топлива для генератора к этому времени опять подошли концу. Как обычно на вечернем совете сообща решали, что делать.
— Ну как это «что»? — Данил вообще не понимал в чём вопрос. — Запрягать эму и ехать за бензином.
— Устами ребёнка… — начал Тарас, но его перебила Арина.
— Погоди, Тарас, не всё так просто.
— А в чём проблема?
— Эму нужно показывать путь. Они не знают дороги до заправки и ещё не научились слушаться поводьев. Когда я ездила с ними к трактору они ориентировались по следам, оставшимся после нашей первой ходки. Но с тех пор были сильные снегопады и следы замело. Следовательно, если мы хотим использовать эму, кому-то придётся идти пешком и показывать им дорогу. Это займёт много времени.
— Да, за день не управимся… — согласился Ярослав.
— А есть другие варианты, чтобы не привлекать страусов? — поинтересовалась Ольга.
— Найти ещё один трактор, — предложил Тарас.
— Где? Божедаровка-то маленькая — удивляюсь, что в ней вообще был собственный трактор. Второго там не найти, — отозвался Ярослав. — До другого села — всё равно, что до города. И где гарантия, что мы найдём трактор там? Уж лучше сразу в город топать: чего ноги лишний раз бить?
— И я так думаю, — согласилась Арина. — Пойдём сразу в город, всё равно эму обучать надо. Вот и попрактикуемся.
— Ты решила сделать из них тягловых животных? — удивился Ярослав. — И тебе не жалко своих «крошек»?
— Когда-то ты сказал, что они ни на что не годны, кроме как на убой. Что, если мы будем их кормить, то они должны приносить пользу, — напомнила Арина. — Вот они и станут её приносить — отрабатывать своё пропитание. Кроме того запасы бензина не вечны. Его много, но не океан. Что будет, когда он кончится?