У Гришки не оказалось ключей от наручников, которыми были прикованы к трубе Пётр и Димка — впопыхах он забыл взять их у Кирилла. Ярославу пришлось перестрелить цепочки на браслетах. К счастью пули не срикошетили, и никого не ранило. Только браслеты оба раза сильно дёрнулись, обдирая запястья пленников. Димка громко вскрикнул, а Пётр только поморщился и сразу же поднялся на ноги. Через миг он уже обнимал бледную женщину с опухшим от побоев лицом и красными заплаканными глазами. Она не отрывала взгляда от чего-то, что оставалось в тени, в другой стороне подвала. Ярослав проследил её взгляд и увидел распростершегося на полу паренька с торчащим из живота продолговатым предметом. На груди у того сидела огромная чёрная крыса и цокала на них зубами. «Не подходи к нему, — сказал Пётр. — Это мразь, насильник. Он получил по заслугам». Ярослав не стал вдаваться в подробности — не до этого — только кивнул и с Тарасом они стали выводить пленников из подвала.
Замешкались с грузной Фёдоровной — чтобы её поднять с пола понадобились силы их обоих — остальные пленники были слишком слабы. Когда Ярослав подпёр одно плечо старухи, а Тарас другое, и стали её поднимать, свет в подвале померк — его перекрыла фигура в проёме двери.
«Так и думала, что это любимый в гости нагрянул!» — на выходе из подвала в дом стояла Евгения. В руках у неё была огромная «Беретта», нацеленная прямо в грудь Тарасу. Его бывшая подружка мерзко улыбалась, а он не смог бы выстрелить, если б даже держал её на мушке. Тарас сглотнул. Евгения презрительно хмыкнула и нажала на спусковой крючок. Мгновением раньше Фёдоровна сделала шаг вперёд, и пуля, предназначенная Тарасу, попала в её истрёпанное горестями сердце. Женщина умерла мгновенно и стала заваливаться вперёд. Ярослав инстинктивно пытался удержать её, и его потянуло следом. Тарас, ошеломлённый всем этим, застыл, а Евгения, кривя от досады губы, уже целилась в него повторно. Вдруг дом потряс взрыв, позади Евгении что-то полыхнуло и её длинные волосы вспыхнули словно факел. Она завизжала и стала сбивать пламя руками. Пётр подтолкнул Ярослава вперёд, увлекая за собой детей и Катерину. Очнулся и Тарас и тут же бросился вверх по лестнице, намереваясь, может быть, спасти свою бывшую любовницу, но Евгении там уже не было. Её вопли неслись откуда-то из глубины дома, а в котельной творился настоящий ад.
Граната, брошенная Лёхой на крышу, откуда по броневику из автомата стрелял Кирилл, угодила в дымоход, повреждённый ещё предыдущим взрывом, и взорвалась там. От этого воспламенился котёл и теперь в котельной пылал огромный факел, начинающийся из трубы, ведущей к бочкам с мазутом. Жар от него стремительно нагревал воздух в маленькой комнатушке. Беглецы протиснулись между струёй пламени и стеной к двери и выбрались в кухню.
Задумываться над ошибками было некогда, как некогда было сожалеть о потерянной только что жизни. И всё же Ярослав не стал повторять недавней ошибки. «К окну!» — скомандовал он и встал около двери, прикрывая их бегство. Он последним перелез через подоконник и первым выглянул за угол дома. К броневику подобраться не было никакой возможности — с крыши его поливали из автоматов Кирилл, к которому присоединился и Сергеич. Лёха, спрятавшись за крышкой открытой верхнего люка, палил им в ответ, намеренно отвлекая внимание на себя, поскольку в этот самый момент из окна кабинета по сделанному из простыней жгуту спускалась на землю Лена. Внизу её готовились поймать Игнат и Фёдор. Прямо над ними, за кирпичным бортиком на крыше, выжидала удобного случая Евгения. Она мечтала добраться до этого говнюка, который бросил в дымоход гранату. От взрыва её прекрасные волосы превратились в пепел, одна сторона лица, шея и плечи были страшно обожжены. Но глаза не утратили прежней зоркости и когда он снова высунется, чтобы бросить гранату, она отстрелит ему руку. Вот нужный момент!
Лёха увидел, как из-за угла дома ему машет Ярослав, за которым толпятся освобождённые пленники. Им было не пройти под этим шквальным огнём, следовало заставить стрелков на крыше затаиться. Для этого у Лёхи оставалась последняя граната. «И почему я не взял с собой весь запас?» — на миг он привстал над люком, чтобы швырнуть гранату повыше, и этого мгновения хвалило, чтобы в него выстрелила Евгения. Она попала Лёхе в горло и он свалился в кузов броневика, заливая всё вокруг кровью. Гранату он всё же бросил, но она не долетела до цели, разорвавшись внутри кабинета, откуда буквально только что сбежала Елена. На крыше кто-то дико взвыл.