О чём там квохчет эта старая наседка? Валидол? Зачем ему валидол? А вот ей бы он не помешал: ишь какая бледная. А! Значит он бандюга?! Сейчас она узнает, кто тут действительно бандюга. И Саныч, забыв об угрозах командира, вывалил на опешившую женщину всю правду о её ненаглядном «Серёженьке» и об остальных её «мальчиках». Где-то во второй трети его рассказа Фёдоровна упала в обморок, а распалённый своей ненавистью Саныч, даже не заметил этого и продолжал истерично орать, выкрикивая слово за словом, словно коммунист на митинге, словно питбуль в яме. А когда закончил, то почувствовал, что теперь ему действительно нужен валидол. Тяжело дыша, он замолчал и непонимающе уставился на распростёртое на бетонном полу тучное тело в цветастом платье и сером переднике со множеством карманов. Только сейчас до него дошло, что он сотворил. Свою злобу, свою боль и унижение он вытолкнул на эту ни в чём не повинную душу. Проткнул отравленной иглой доброе отзывчивое сердце. Он убил Фёдоровну! Она мертва по его вине. Саныч снова закричал, но это уже был не вопли ярости, а вой грешника, которого дьявол окунал в котел с кипящей смолой.
Полуденный луч проник через оконце подвала и упал на лицо Фёдоровны, высветив каждую синюю прожилку на её изжелта-бледной, пористой коже. Сквозь сомкнутые веки свет попал на сетчатку и зрачок глаза рефлекторно сузился. Это привело женщину в чувство. Она плотно зажмурила глаза и прикрыла их рукой. Голова просто раскалывается, а тут ещё этот свет! Не отрывая затылка от пола, Фёдоровна начала шарить по карманам в поисках валидола. С чего бы утром у неё так болело сердце? Где же эти чёртовы таблетки? Пальцы нащупывали в карманах всякий хлам, а упаковка с валидолом как будто провалилась сквозь землю.
И вовсе она не провалилась. Она просто упала на пол. Выпала из её пальцев и упала вниз. Вот и всё. Её нет в карманах, потому, что она лежит сейчас на сером и холодном бетонном полу в подвале, где-то здесь, рядом с ней самой, тоже лежащей на этом же твёрдом и просто ледяном бетонном полу.
Теперь женщина принялась шарить руками вокруг себя. Натруженные шершавые ладони мягко шелестели, касаясь ещё более шершавой поверхности пола. Действительно, бетонный пол. И чего, спрашивается, она разлеглась тут? У неё же больные почки и радикулит.
А! Она же упала, как и её таблетки, взяла и упала на этот гадкий грязный пол, да ещё и ударилась бедром об табуретку. Поэтому, у неё болят не только голова и сердце, а ещё и нога.
И всё из-за этого старого кретина. Ну, надо же было так напугать её! Прикинулся умирающим, а она, дура, поверила, таблетку ему искала. Да где же этот чёртов валидол?
Фёдоровна рискнула повернуть голову и приоткрыла один глаз. Прямо перед своим лицом она увидела упаковку таблеток, но чтобы их поднять ей пришлось перевернуться на бок и дотянуться до них правой рукой. Лежать на левом боку было тяжело, и она снова откинулась на спину. Надоедливый лучик уже успел переместиться куда-то вверх, и больше не слепил глаза. Фёдоровна отправила в рот сразу две таблетки со вкусом ментола и принялась старательно их рассасывать. На её счастье, в ближайшие двадцать минут она не вспомнила событий, приведших к её обмороку, и истрёпанное сердце получило так необходимую ему передышку.
Почувствовав некоторое облегчение, Фёдоровна решила, что её бедным больным почкам и пояснице вполне достаточно лежать на холодном полу, и попробовала встать. Охая и постанывая, она снова перевернулась на бок, потом на живот и встала на четвереньки. Немного постояла так, отдыхая. После этого она смогла подняться на колени и, оперевшись рукой об одно из них, тяжело поднялась на ноги. Так встают с пола старые люди. Старые и больные люди, которым некому помочь, кроме них самих.
Фёдоровне сразу же захотелось сесть, но, оказывается, проклятый табурет тоже решил поиграть в эту игру и валялся, опрокинутый, на полу. Наклониться, чтобы поднять его, у женщины не было сил, и она осталась стоять, слегка покачиваясь от слабости и головокружения. Спустя десять минут она всё же нашла в себе силы поставить табурет на ножки. Как только она уселась на него, ей сразу же полегчало.