Я не переживал такого с того самого дня, как купил Аркана на рынке: между нами пронеслась искра и я понял, что нашёл родственную душу. Мне вдруг открылось, что у неё тоже есть пёс, уже очень старый, и есть муж, а иначе я бы не отпустил её от себя. Она ничего не заметила, походила по участку, что-то набросала на планшете, обтянула жёлтым скотчем несколько куп деревьев и наказала прорабу беречь их во время строительства, ибо это будет костяк её проекта. Аркан всё это время таскался за ней следом, и иногда она безбоязненно чесала его под челюстью, как он любил, или рассеянно поглаживала, но я уверен, что в задумчивости она не замечала, что это не её собака. Мне стыдно признаваться в этом, но в такие моменты я представлял себя на месте моего Аркана.
Когда она приехала в следующий раз с несколькими лаконичными чертежами, я пригласил её на мой участок и попросил сказать, как она видит мой дом. «Камень, дерево, — она пожала плечами, будто ответ был очевиден. — Не стоит противоречить окружающему лесу. Основательный и низкий, как лесной валун, вросший в землю. С огромными каминами и большим общим залом, где будет удобно вам и вашей собаке — ведь она всё время при вас». Пока она говорила, дом из снов предстал передо мной. «Сделай мне несколько эскизов, — сказал я. — Чертежей и расчётов не надо — их сделают специалисты, просто зарисуй идею, а я тебе заплачу». Мы встречались несколько раз потом, она привезла свои эскизы, и они полностью совпали с моим собственным представлением о Доме. Именно в те дни мне и открылось, для чего и для кого я его строю…
Из дневника человека, построившего ДомНадРекой Следующее утро, ДомНадРекойВыспаться хорошо этой ночью никому не удалось, но причины для этого были разные. Данил плохо спал, потому что его постоянно будила Ирина, с которой он всё ещё делил комнату. Она то и дело вскрикивала во сне, а когда Данил разбудил её, чтобы прервать кошмар — только рассердилась.
Ольгу тоже мучили кошмары и, в конце концов, голос из сна так напугал её, что она проснулась вся в холодном поту и побежала к кроватке Никиты, чтобы убедиться — он в порядке. Лечь спать в эту ночь женщина больше не решилась.
Тарасу не давало уснуть возмущение, направленное на Евгению. Да что она себе позволяет?! Присваивать такое количество припасов — это же преступление: сейчас все выжившие зависят от этих продуктов. И потом: как она управляется со своими головорезами? Чем платит им за послушание? Тарас боялся, что «натурой».
Ярослав с Ариной спали как убитые под защитой взаимных объятий, но утром им пришлось подняться ни свет — ни заря, чтобы покормить страусят. Ярослав окликнул Арину, которая побрела было в кладовые за тушонкой:
— Мы привезли вчера собачий корм. Давай переводить эму на него, а консервы сохраним для людей. Мы не можем больше так разбрасываться припасами — городские склады не вечные.
Арина согласно кивнула: она и сама уже поняла, что бандиты грозны для них не только своими винтовками — они вполне могли устроить их мирной общине голодную зиму. Припасы следовало экономить. Прихватив с собой по мешку корма, они пошли к загону.
Загоном для страусят служила обнесённая металлической сеткой лужайка рядом с сараем для инструментов, который служил им укрытием от непогоды. В основном же птенцы проводили время, лёжа в траве как маленькие рыжеватые кочки. Сейчас длинноногие обжоры толпились у входа в загородку в ожидании кормёжки. Увидев пакеты вместо привычных мисок, они заволновались и закурлыкали.
— Привереды, — фыркнула Арина. — Вот сейчас рассержусь — и этого не получите!
Словно в ответ птенцы заверещали громче.
— Можно подумать, они тебя поняли, — усмехнулся Ярослав. — А ну, кому дать первому? Налетай!
Не успел он сунуть руку в мешок, а птенцы уже вытянули длинные шеи и открыли клювы, демонстрируя широкие глотки. Арина тоже надорвала свой мешок и тот час же четыре головы повернулись к ней. Время кормить малышей с рук уже прошло — подросшие проглоты очищали свои миски в несколько секунд. На расправу с двумя пятилитровыми пакетами корма у них ушло минуты три. И то только потому, что мясные шарики рассыпались в траве.
— Ну, хватит, — сказал Ярослав. — Теперь им надо дать воды.
— Может быть, выпустим их? — предложила Арина. — Ворота закрыты, куда они денутся? Пусть побегают, а то им уже тесно в этой загородке.
— А ловить потом как?