т назад, грибы прохаживались по Земле как хозяева, а сейчас, мы, люди, рвём их, чтобы сварить себе суп! Какая судьба, поразительно... Папа горестно покачал головой, разглядывая крохотный маслёнок на своей ладони. - Но в этом есть и хорошая сторона, - сказал он, после паузы, во время которой Стёпа почти стащил бутерброд из застывшей Вариной руки, но в последнюю секунду, девочка заметила его, и Стёпе пришлось сделать вид, что хотел просто рассмотреть пуговицы на её рукаве... – Дело в том, что грибы, при всей своей образованности и начитанности, были ужасно воинственны. Они воевали по любому, самому незначительному поводу, а потом долго не могли понять, из-за чего был весь этот сыр бор. В одной из таких войн, к примеру, были полностью уничтожены серые грибы, старинные противники белых, которые были заметно больше и вкусней. К несчастью для себя, серые грибы взяли себе в союзники поганок, которые издревле славились своим вероломством. В решающий момент, поганки предали своих товарищей, и серые шляпки полетели с плеч, все до единой. С той поры с поганками никто не дружит. Другие грибы всегда растут отдельно от них, и при каждом удобном случае выражают им своё презрение. Но я хотел рассказать вам совсем другую историю, друзья мои. Это история простой сыроежки, которая не желала мириться с зазнайством одного весьма неприятного груздя, и сумела доказать всем, что она тоже, кое-чего стоит. Папа отбросил в сторону трухлявый моховик и начал свой рассказ: - Дело происходило в те времена, когда грибы уже достаточно обленились, чтобы путешествовать по воздуху и жили простой сельской жизнью, возводя себе незамысловатые дома из валежника, запрягая в свои повозки жаб, обмениваясь сообщениями при помощи почтовых мух и от души хохоча над проделками дрессированных кузнечиков по праздникам. Как и сейчас, грибы предпочитали селиться семьями, лисички с лисичками, мухоморы с мухоморами, а грузди с груздями. Однако, местами, грибы всё ещё жили большими поселениями, образуя подобие городов и в них, кое-кто очень любил задирать нос. Особенно этим отличались грузди. Им вечно казалось, что их недооценивают, и они при каждом удобном случае напоминали всем о своей исключительной значимости. Отчасти благодаря этому качеству, отчасти благодаря тому, что они держали в страхе и подчинении другие мелкие грибы, грузди имели большую власть и всюду совали свой нос. Так было и в большом грибном поселении, которое выросло на месте старинного грибного города Сируона-Ванна, что с древнегрибного переводилось как Зелёный Рай. Именно в этом месте первые грибы когда-то очень давно впервые ступили на поверхность Земли, и она показалась им настолько прекрасной, что они дали своему первому поселению такое чудесное имя. Как бы то ни было, но с тех пор минули тысячелетия и грибы сильно изменились. Хотя формально, власть в поселении принадлежала всем грибам, грузди заправляли всем и вся, а тех, кто вставал у них на пути, они изгоняли вон, используя для этого самые разнообразные трюки, начиная с ложных обвинений и заканчивая угрозами. Впрочем, надо признать, что в большинстве своём всех всё устраивало. Те гордые одиночки, вроде белых или подосиновиков давно покинули селение, остальные же были довольны тем, что имеют и не желали думать наперёд слишком много. И вот, однажды, одна жёлтая сыроежка, неспешно колесящая на своей тележке в сторону рынка, чем-то помешала толстому груздю, который мчался сломя голову наперекор всем правилам в своём экипаже, запряжённом двумя огромными жабами. Сыроежка еле успела свернуть свою лягушку в сторону, но её тележка всё равно была опрокинута, и весь товар, первосортные кружева, которыми грибы-модницы в то время украшали свои шляпки, вывалился в грязь. Меж тем виновник аварии, даже не сбавил скорости и промчался мимо. Кружева были испорчены и сыроежка, в порыве гнева, схватила кусок грязи и бросила его вслед своему обидчику. - Наглец! – прокричала она. – Чтоб ты заплесневел! На том всё и кончилось, но несколько свинушек, что прогуливались неподалёку, услышали слова сыроежки и передали их груздю. Тот немедленно впал в ярость. - Это я-то наглец!? – кричал он, синея от бешенства. – Я?! Ну я покажу этой гадкой сыроежке кто здесь настоящий гриб, а кто, жёлтое недоразумение! Позвать ко мне моих лисичек. Пусть они выведают всё что могут, про эту нахальную сыроежку, а я потом решу, как лучше её наказать... Лисички быстро справились со своей задачей и рассказали груздю, что сыроежка живёт на окраине, в небольшом домике вместе со всей своей мамой и сёстрами. Все они вязали тончащие кружева, и сыроежка отвозила их продавать на рынок. В опрокинутой в грязь тележке была месячная работа её семьи, и она вся пошла насмарку. - Невелика беда, - надменно хмыкнул груздь. – Из-за такой малости обзываться и бросаться грязью, да это просто неслыханно! Нужно преподать ей хороший урок. Пусть все узнают, что здесь самый главный гриб - груздь. Когда в следующий раз сыроежка приехала со своим товаром на рынок, два крепких подберёзовика преградили ей путь. - Сюда нельзя, - сказал один из них. - Нельзя? – удивилась сыроежка. – Но почему? - Мэр города издал указ, что все кружева, которые идут в продажу, должны быть сначала проверены специальной комиссией, – ответил другой. - Но зачем? – ещё больше удивилась сыроежка. - Нам знать не положено, - ответили подберёзовики хором. - И где же эта комиссия? – спросила сыроежка, поняв, что у подберёзовиков много не узнаешь. - Вон там, - сказал первый подберёзовик. - Да, - кивнул второй. – Там. Сыроежка пожала плечами и повернула тележку, куда ей было велено. Подъехав к небольшой, наспех сколоченной будке, она увидела очередь, состоящую из таких же как она торговцев кружевами. Очередь быстро продвигалась и сыроежка не увидела ни единого гриба, которому бы отказали в торговле. Однако, когда сыроежка подошла к небольшому окошку и протянула какому-то сморчку свои кружева на проверку, тот внезапно поднял жуткий крик, сказав что в жизни не видел такого ужасного товара. - Простите, - сказала сыроежка, - вы, наверное, здесь новенький. Дело в том, что каждый на этом рынке знает, что мои кружева самые лучшие. Никто не может делать такие крошечные петельки как моя матушка, и никто не вяжет так быстро, и так ровно, как мои сёстры. Да и сама я могу... - Слышать ничего не желаю! – перебил её сморчок. – Торговать кружевом запрещаю! Если хотите жаловаться, то обращайтесь к господину груздю. Это он посоветовал нашему мэру проверять все кружева... Следующий! Тут сыроежка начала понимать, что происходит, но без боя решила не сдаваться. Она стала обходить всех торговцев кружевом на рынке и просить их отправиться вместе с ней к мэру, чтобы замолвить за неё словечко. - Если мы придём всё вместе, он нас послушает, - убеждала она. – Это же нечестно, когда одним можно торговать, а другим нет. - Это не наше дело, - пожимали плечами торговцы. – У нас проблем нет. - Да поймите же, поймите, - почти кричала им сыроежка, - завтра груздь может запретить торговать любому из вас. Нам нужно помогать друг другу. - Вот когда запретит, тогда и будем помогать, - отвечали грибы, и за весь день сыроежке удалось договориться только с одним рыжиком, да и тот весь трясся от страха. С такой поддержкой идти к мэру было бессмысленно и сыроежка, понурив голову, поехала домой. Там она рассказала про всё, что с ней приключилось, и одна из сестёр сказала её: - Ты сама виновата. Не нужно было ругаться. Ты же видела что это груздь. - Как ты можешь так говорить, сестрица, - воскликнула сыроежка. – Он же сбросил всю нашу работу в грязь! Мы целый месяц трудились! - Ну и что, - упрямо ответила сестра. – Так мы хотя бы могли продать наши новые кружева, а теперь совсем ничего. Говорю тебе, пойди и извинись перед господином груздем, да ещё отнеси ему нашего лучшего кружева в подарок. Он не злой гриб. Он нас простит. Сыроежка едва не лишилась дара речи от таких слов и сочла за лучшее ничего не отвечать. Она только пообещала матушке, что всё будет хорошо, и они опять будут продавать свои кружева, как делали прежде. Но одно дело пообещать, а другое сделать. Сыроежка даже представить не могла, как можно заставить толстого груздя изменить своё решение. Послушать соседей, так в городе не было ни одного гриба, кто бы втихомолку не отзывался о нём плохо, но как только дело доходило до того, чтобы высказать свои претензии открыто, все точно воды в рот набирали. И всё же, сыроежка не теряла надежды. - Я заставлю тебя пожалеть, о том, что ты сделал, – говорила она себе. – Думаешь, ты лучше всех остальных грибов? Ха! Придёт день, и весь город будет потешаться над тобой, господин груздь, вот увидишь! И сыроежка начала действовать. Для начала, она подружилась с одной лисичкой, которая была без ума от кружев и готова была променять их на всё на свете. Она болтала без умолку, и рассказала сыроежке множество преинтересных вещей, в том числе и то, что господин груздь необычайно любил картины и мнил себя большим знатоком в области изящных искусств. В особенности ему нравились пейзажи и чем более странными они были, тем больше господин груздь бывал восхищён. Втайне от всех он сам писал и его чердак был доверху заставлен его ужасными полотнищами, которыми груздь втайне чрезвычайно гордился. «Когда-нибудь, - говорил он, думая, что его никто не слышит, - когда я буду мэром, я открою музей своих картин и заставлю каждого приходить