Басни Сковороды – философские. Об этом свидетельствует хотя бы то, что их эпифимий, или, как говорил сам Сковорода, «сила», нередко по объему превосходит собственно фабулу. Особенно это заметно в более поздних произведениях, например, «Пчела и Шершень» или «Соловей, Жаворонок и Дрозд», скорее напоминающих небольшие философские трактаты, нежели собственно басни. Возникает впечатление, Сковороде становится тесно в прокрустовом ложе басни, его мысли уходят куда-то дальше, ломая рамки жанра. В конце концов, и основная тема поисков Сковороды-баснописца тоже философская – «сродность». Большая половина всех «Харьковских басен» посвящена именно ему: «Жаворонки», «Колеса часовые», «Орел и Сорока», «Голова и Тулуб», «Оселка и Нож», «Орел и Черепаха», «Собака и Кобыла», «Пчела и Шершень»…
«Скажи мне, Пчела, – спрашивает Шершень, – отчего ты столь глупа? Знаешь, что трудов твоих плоды не столько для тебя самой, сколько для людей полезны, но тебе часто и вредят, принося вместо награждения смерть, однако не перестаете дурачиться в собирании меда. Много у вас голов, но безмозглые. Видно, что вы без толку влюбилися в мед». «Ты высокий дурак, господин Советник, – отвечала Пчела, – если не можешь понять того, что нам несравненно большая забава собирать мед, нежели кушать. К сему мы рождены и не перестанем, пока умрем».
Пчела олицетворяет здесь мудрого человека, познавшего свою «сродность», то есть запечатленную в каждом сердце частичку Божьего промысла, «врожденное Божие благоволение и тайный Его закон, всю тварь управляющий». То есть мудрым человеком является тот, кто осознал родство между своей душой и тем делом, к которому она стремится (тогда это будет «сродный труд»), или между собой и другим человеком (тогда на свет появляется искренняя дружба). Сковорода любил повторять присказку: «Бог ведет похожее к похожему». Да и прославленный девиз философа «Познай себя!» был, собственно говоря, не чем иным, как призывом согласовывать свои желания с Божьей волей.
Почти все басни Сковороды построены в форме ярких сценок-диалогов. Вот как разворачивается, к примеру, фабула басни «Оленица и Кабан». Где-то в Карпатских горах Оленица встречает Кабана и вежливо здоровается с ним, говоря: «Желаю здравствовать, господин Кабан…». Но Кабан сильно раздражен и оскорблен: «Что ж ты, негодная подлость, столь неучтива! – вскричал, надувшись, Кабан. – Почему ты меня называешь Кабаном? Разве не знаешь, что я пожалован Бараном? В сем имею патент, и что род мой происходит от самых благородных Бобров, а вместо епанчи для характера ношу в публике содраную с овцы кожу.
– Прошу простить, ваше благородие, – сказала Оленица, – я не знала! Мы, простые, судим не по убору и словам, но по делам. Вы, так же как прежде, роете землю и ломаете плетень. Дай Бог вам быть и Конем!» – желает напоследок Оленица, иронично намекая на украинскую пословицу: «Не piвняйсь, свиня, до коня, бо шерсть не така».
Басни Сковороды импонируют своей простотой и одновременно глубокомысленностью, остроумием, ярким колоритом. Весной 1894 года Иван Франко, который был очень взыскательным читателем, писал Агатангелу Крымскому: «Знаете ли вы, что «Харьковские басни» Сковороды в десять раз глубже и лучше рассказаны, чем басни Саади?». А позже Франко скажет, что они «написаны красивой, порой даже грациозной прозой…»
В Гужвинском лесу Сковорода написал и первое свое большое произведение – философский диалог под названием «Наркисс. Разглагол о том: узнай себя». Этот диалог, который Сковорода окрестил своим «первородным сыном», некоторое время спустя историки философии назовут первым памятником оригинальной философской мысли у восточных славян. Вероятно, то, что первое философское произведение Сковороды посвящено именно теме самопознания, – очень символично, поскольку самопознание издавна принято трактовать как одну из наиболее характерных черт украинского пути постижения реальности. По крайней мере, уже в 1869 году гегельянец Климентий Ганкевич в своих «Очерках славянской философии» скажет о том, что для украинца «наивысшей проблемой человеческого мышления… до сих пор все еще остается унаследованный от греков девиз «познай себя». Так или иначе, но Сковорода попытался превратить древнегреческий миф о Нарциссе в философский миф о самопознании.