Портал активизируется через сорок семь секунд. Попрошу вас передать Драко зелья, — Рэй всучил растерявшейся Гермионе звякнувший пакет со смешным снеговиком на упаковке, — и напомнить, что зелье в фиолетовом флаконе принимать трижды в день после приема пищи, а в белом — при крайней необходимости, если вследствие перенапряжения снова будет предобморочное состояние. Все, портал загорелся.
— Рэй, я не могу вот так сразу!
— Зачем откладывать? Я знаю точно, в глубине своей заблудшей души он ждет тебя.
Пальто оставьте, в нем вы будете выглядеть неуместно, как и в зимней обуви. Эх, я остаюсь без великолепного кофе…
Рэй подтолкнул Гермиону к магловскому градуснику на столе, и она, растерянно сжимая ручки нелепого пакета, коснулась портала.
Прохладный, несколько сухой воздух кабинета сменился теплым влажным напоенным ароматом цветов; негромкий, лукавый, как и его обладатель, голос Рэя Добсона — гулом проезжающих машин, голосами уличных торговцев.
Гермиона вышла из темного переулка, в который ее перемести портал, на бульвар, мощенный светло-бежевой плиткой. Кафе, рестораны, магазины начинали открываться. Продавцы отворяли двери и окна, вывешивали яркие вывески, переговариваясь друг с другом на красочном испанском языке; рыбаки наперебой расхваливали выложенный на прилавки товар, добавляющий в аромат улиц морскую ноту; вдалеке звенели колокола собора, вливаясь в уличный шум чистотой и возвышенностью своего звучания. Ветер трепетал листья пальм, шаловливо поднимал платья и юбки проходящих женщин. Он окутал Гермиону своими теплыми объятьями и повел к нужной вывеске.
«Rio de la Plata», — значилось на вывеске маленького кафе, спрятанного в тени пальм и на листке с корявым почерком доктора Добсона.
На улице стояли ряды деревянных стульев и столов, накрытых белоснежными скатертями. Посетителей ранним утром было немного, и Гермиона сразу заметила знакомую фигуру за центральным столиком. Подскочивший официант проследовал за ней до столика Малфоя.
— Скажи ему, что я буду кофе, — произнесла Гермиона и села напротив растерявшегося Драко. Гамма непередаваемых чувств промелькнула на его лице и скрылась за настороженным выражением.
— El cafe.
Официант радостно кивнул и умчался выполнять заказ.
— Малфой, неужели магловское кафе? — удивленно спросила Гермиона.
— Здесь отличный кофе.
— Единственное, что привлекло тебя в магловской культуре. Это достойно величайшей похвалы, — сарказм в ее голосе не был прикрыт. Гермиона пыталась задеть его словами, но одновременно боялась взглянуть на него, предпочитая осматривать окрестности.
— Роль меня не идет тебе, Грейнджер, — спокойно заметил Драко. — Почему ты прибыла в Пуэрто-Анхель? Неужели соскучилась по моей скромной персоне?
— Очень. Меня замучили кошмары, сегодня даже приснилась наша свадьба.
Драко рассмеялся.
— Во снах отражаются подсознательные желания.
— И самые жуткие страхи, — в тон ему заявила Гермиона.
Официанта поставила перед ней чашку кофе и, покраснев, пробормотал что-то на испанском.
— Он говорит, у меня очень красивая спутница.
— Спроси у него, когда он освободится после работы? Я не ходила на свиданья со вчерашнего дня. — Она заметила, как Драко непроизвольно сжал руки в кулаки, и решилась посмотреть ему в лицо.
Гермиону удивили его глаза, они были не теми безликими, что она помнила по школьным годам, а черными, засасывающими, как у зверя, с растворенной опасностью в глубине. Лицо Малфоя осунулось, скулы заострились, в светлых волосах виднелась седая прядь.
— Я принесла посылку от Рэя, — Гермиона достала из расшитой бисером сумочки смешной пакет. — Зелье в фиолетовом флаконе принимать три раза в день, в белом — при крайней необходимости. А это от Ордена. Кристиан просил не раскрывать без тебя.
— С ним была на свиданье?
— Здесь письмо и… маховик времени. Но он иной, чем тот, что был у меня на третьем курсе.
— У тебя был маховик времени? — удивился Драко и осторожно взял цепочку. После тщательно осмотра он произнес: — Во всех справочниках написано, что подобные маховики были уничтожены в восемнадцатом веке. Видишь, вместо песочных часов — солнечные. Такой маховик позволяет перемещаться во времени ни на несколько часов или дней, а на года, века! Орден, — он понизил голос, — обладает поразительной мощью.
— Оглохни! — тихо произнесла Гермиона, незаметно взмахнув палочкой под столом, и начала читать письмо: — Уважаемые Джон и Джейн! С прискорбием сообщаю, что с наступлением нового года и ввиду некоторых открывшихся обстоятельств вы оказались в большей опасности, чем прежде. Будет крайне прискорбно, если вы будете убиты.
Но до этого прошу отправиться в прошлое и встретиться с Анабель для выяснения обстоятельств передачи и возвращения магического дара. На маховике выставлено время прибытия — 23 июля 1956 года, Квартал Чародеев, Барселона. По моим данным, Анабель участвовала в Мавританском карнавале.
Крайний срок вашего отбытия из настоящего — девятнадцатое января, девять вечера. Иначе вы не успеете вовремя. К сожалению, я немного рассеян и часто ронял маховик, вследствие чего появились ограничения в перемещениях. Искренне ваш, Магистр.
— Потрясающе, он ронял бесценный маховик, — неожиданно злобно произнес Малфой и потер переносицу указательным пальцем. — Письмо не внушает мне доверия.
— Мне тоже не нравится, когда меня посылают в прошлое…
Она умолкла на полуслове, а потом оказалась прижатой к полу массивным телом Малфоя.
Словно в воздухе лопнула веревка — взрыв сотряс основание города. Улицы осыпало дождем разбившихся стекол, завыли сирены машин, отчаянно заголосила женщина.
Гермиона видела, как поднялся недавно обслуживающий их официант и упал, сраженный зеленым лучом. Град магических лучей обрушился на разрушенную площадь. Люди пытались подняться — и падали мертвыми.
— Протего максима!
— Репелло Инимиготум! — произнес Малфой, вытащив из кармана палочку. — Бегите! Скорее!
Золотистый полупрозрачный щит накрыл площадь. Маглы бросились бежать вниз в сеть запутанных переулков, в другую сторону от града смертоносных лучей, ослабляющих силу защитного купола.
— Я не могу трансгрессировать, — произнес Малфой, тяжело опускаясь на пол. — Они установили антитрансгрессионный щит.
— Но ты же перемещался в Хогвартсе! — в отчаянии закричала Гермиона. — Через минуту защитный купол не выдержит натиска.
— Я потратил слишком много сил на заклинание, — тихо произнес Драко, запрокинув голову. Из его носа текла кровь.
— Черт, Малфой! — со злостью воскликнула Гермиона и оглядела площадь. Людей не осталось.
Небеса громыхнули, и на землю упала первая капля дождя. Затем еще одна и еще, и начался ливень.
— Черт! — снова произнесла Гермиона и, ненавидя себя и проклятую судьбу, накинула на шею себе и Малфою цепочку маховика времени.
Треск защитного купола заглушили потоки льющегося с небес дождя. Лучи магических заклинаний столкнулись на месте, где секунду назад были два волшебника. И дождь зажегся огнем.
========== 22 глава. Blood, Tears And Gold ==========
Love grows cold
Blood, tears and gold
Won’t make it any better
I never let you down baby
And it won’t get any better
Blood, tears, and gold
Когда любовь остывает,
Кровь, слёзы и золото
Ничего не смогут исправить.
Я никогда не подводил тебя, детка
И уже ничего не исправить.
Кровь, слёзы и золото…
Hurts — Blood, tears and gold
За незаконное пересечение границы…
Гул голосов в голове мешал сосредоточиться на единственно нужном.
Убийство сеньора Ги де-Бонфина…
Он смог разлепить веки и открыть глаза. Мимо лица, отвратительно жужжа, пролетела жирная муха.
Марио Дельторо…
Из обозримого куска старого заплеванного линолеума торчал ржавый гвоздь, к которому прицепился длинный рыжий волос.