— Жалкой жизни? — он положил голову на подголовник, почти полностью закрыв глаза, но я знала, что он следил за мной. — С чего это она у тебя жалкая? Ты будешь жить вечно, ты не стареешь, и у тебя есть деньги.
— Богатство для меня ничего не значит, и вечная молодость несколько переоценена.
— Что тогда сделает тебя счастливым?
— Ты.
Ладно. Это не то, чего я ожидала.
— У тебя есть я.
— Разве? — он наклонился и проложил дорожку поцелуев вдоль моей шеи к уху. — Мне нравится находиться так близко к тебе, держать тебя в своих руках. Ты теплая, Кора. Светлая. Сама нежность. Ты вызываешь во мне чувства, которых раньше не было.
Я захихикала.
— Хорошие или плохие?
Он потерся носом о мою шею.
— Ещё не определился. Это тревожит, но я по-прежнему хочу тебя. Я хочу делать с тобой неприличные вещи. То, что мы ещё не пробовали, но в то же время я хочу просто обнимать тебя и чувствовать твое легкое дыхание на моей коже.
Его теплое дыхание овеяло меня, и я вздрогнула. Сосредоточиться на разговоре становилось всё труднее.
— Разве раньше мы не обнимались?
Он прикусил мое плечо, посылая по моему телу жар.
— Тебе было неинтересно.
Странно. Я любила обниматься. Я так долго мечтала о том, как обнимаю Эрика, что чувствовала себя обделенной. А теперь мне хотелось находиться в объятиях только Эхо.
— Может, я заключила ещё больше злобных сделок с другими богами.
Его грудь дрогнула от смеха. Я обхватила его голову и притянула его губы к своим. Весь мир покачнулся, когда мы поцеловались, дыхание смешалось, и сердца ускорили свой ритм. Когда я укусила его за нижнюю губа, он содрогнулся и издал глухой рык. Он крепко прижал меня к себе, его возбуждение посылало волны удовольствия по моему телу.
Мне не хотелось терпеть, пока мы доберемся до его дома. Я уже потерялась в его поцелуях и в том чувственном тумане, который мы создали. Когда он прикусил мою нижнюю губу, я ответила ему с таким же порывом. Мы оба застонали и вцепились друг в друга.
Хватая его за лицо, я разомкнула наши губы.
— Только не проси меня снова, вернуть тебя домой, Кора, — прошептал он. — Не сейчас. Я хочу тебя.
— Тогда возьми меня, — я стянула с себя топ и отшвырнула его в сторону. Я завела руки за спину и расстегнула лифчик.
Эхо втянул воздух. Я всегда жаловалась на парней, которые пялились на мою грудь, когда я разговаривала, и да, время от времени я использовала это как свое преимущество. Но в этот раз я впервые гордилась тем, что у меня есть на что посмотреть. Меня заводило то, как Эхо уставился на меня. Восхищение в его глазах. Дрожь его пальцев, когда он коснулся и взял их в руки, словно приподнимая. Он поднял голову и наши взгляды зацепились друг за друга.
— Ты превосходна, — прошептал он, его голос стал хриплым и ласкал мою кожу. Мое тело задрожало.
— Как и ты, — удалось мне выговорить.
Он ухмыльнулся, наклонился и уткнулся мне в грудь. На смену пальцам пришли губы. Меня захватили чувства, и из меня вырвались стоны наслаждения. На его теле появилось ещё больше рун, они сияли и мерцали, посылая через меня всё новые волны чувств. Что бы эти руны ни делали, мне не хотелось, чтобы это прекращалось. Хотелось чувствовать его кожу. Чувствовать его.
Я потянула его за футболку и сняла её через голову, мне было необходимо ощущать его близость. Я ласкала его грудь и пресс, гладила плечи, руки, опускаясь к низу спины. Его мышцы твердели под моими ладонями. Кожа на спине была немного неровной, словно в шрамах, но он не дал мне возможности исследовать её.
Он сильнее целовал меня, наклоняя назад, впиваясь в меня, словно он тоже жаждал почувствовать мою кожу. Но вдруг он замер.
Наверняка я сделала что-то не так, я сжалась.
— Эхо?
Он задавил ругательство, провел пальцами по моим волосам и снова впился мне в губы. Его язык ворвался неожиданно, требовательно, словно хотел подчинить себе. Я ухватилась за его плечи и вцепилась что было сил. Когда он оторвал свои губы от моих, я протестующе застонала.
Его дыхание стало тяжелым, а в глазах было больше золотого, чем зеленого.
— Подожди здесь немного, пока я избавлюсь от него, — он пересадил меня со своих колен на сиденье. — Не двигайся.
Я бы не пошевелилась даже, если бы на нас напала армия Хель. Через тонированное окно машины я разглядела один яркий огонь. Когда шум в ушах стих, я различила звук мотоцикла.