— Церер Кроцелл! — спохватилась служанка, заметив её. — Я подготовила три платья на выбор, с закрытыми плечами, как вы и сказали.
— Спасибо, Ливия, — поблагодарила Иштар, останавливаясь напротив неё. — Поговорим?
Ливия, не поднимавшая головы, застыла, как если бы Иштар вдруг замахнулась на неё рапирой.
— Не бойся, моя дорогая, я лишь хочу познакомиться.
Иштар прошла к креслу, стоящему недалеко от ширмы, и плавно опустилась в него, закинув ногу на ногу. Ливия осталась стоять на месте. Она напоминала тонкое дерево поздней осенью: ярко-рыжие волосы, собранные в низкий пучок, лицо в форме сердца с узковатыми тёмно-карими глаза и осиная талия, которую идеально подчёркивали белая рубашка, кремовый корсет со шнуровкой спереди и тёмные брюки. Идя по коридорам дворца вслед за церером Адором, Иштар видела нескольких слуг, но ни на ком форма не сидела так хорошо, будто была сшита только для того, чтобы подчёркивать все прелести фигуры.
— Ливия, посмотри, пожалуйста, на меня.
Служанка, сложив руки на животе, подняла голову. Иштар только сейчас заметила родинку под левым глазом у той. А ещё Ливия оказалась высокой, почти на полторы головы выше Иштар.
— Пока я во дворце, ты служишь мне, правильно? — миролюбиво уточнила Иштар.
Ливия сдержанно кивнула.
— Хорошо. Давай мы с тобой договоримся: я честна с тобой, а взамен ты честна со мной. Ты не будешь шарить в моих вещах, следить за мной или подслушивать, а ещё не будешь относиться ко мне так, будто я страшная чародейка и думаю только о том, как бы освежевать тебя и перетереть твои кости в порошок для какого-нибудь отвара. Отваров на основе перетёртых человеческих костей вообще не существует.
Ливия вздрогнула на последних словах, но быстро взяла себя в руки.
— Я вовсе не хочу создавать проблем и надеюсь, что ты — тоже. Было бы даже прекрасно, если бы мы стали друзьями.
Здесь Иштар немного лукавила: настоящих друзей у неё никогда не было, она даже не знала, кто это такие. Занкроу — исключение. Он всё же не лучший друг, скорее надоедливый брат, с которым она была вынуждена уживаться. Иштар не сомневалась, он бы продал её за лишние крупицы знаний или просто потому, что она надоела. Он, однако, любил её, а она — его, просто своеобразно. И всё равно это была не та дружба, о которой Иштар так много читала в книгах.
Она просто надеялась, что Ливия не посчитает её странной и подозрительной, не будет следить или попытаться обворовать. Если уж Иштар предстояло задержаться во дворце, она хотела, чтобы у неё были хорошие отношения с людьми, которые её окружают. Тем более со служанкой: Иштар всегда хорошо относилась к прислуге и считала их работу крайне важной, однако большую часть того, что они выполняли, могла сделать сама.
— Но я пойму, если ты этого не захочешь, — добавила Иштар, приподняв уголки губ в улыбке. — Я всего лишь хочу хорошо выполнить свою работу и не отвлекаться.
Ливия медленно кивнула, будто всё ещё переваривая услышанное.
— Разумеется, церер Кроцелл, — с расстановкой произнесла она. — Церер Адор приказал делать всё, что вы скажите, и ни в коем случае вам не мешать.
— Прекрасно. Рада, что мы друг друга поняли. А теперь будь добра, пошли кого-нибудь в город за моим конём. Хочу, чтобы он был поближе ко мне. Я оставила его в стойле недалеко от площади, где сегодня было нападение.
Ливия склонила голову и уточнила:
— Как его зовут?
— Коня-то? Понятия не имею. Я так и не придумала ему имя. Туазалских жеребцов видела?
— Да, церер Кроцелл.
— Вот, это мой. Пусть тот, кого ты пошлёшь, скажет конюху, что утром его оставляла чародейка из Тель-Ра. Не ошибётесь.
Ливия вновь кивнула и, задержав на ней взгляд на секунду, направилась к двери. Лишь после того, как служанка вышла из спальни, Иштар позволила себе оглядеться.
В её покоях было три комнаты, не считая ванной, и Иштар совсем не понимала, зачем ей так много места. Одна только спальня была огромной: широкая двуспальная кровать, укрытая шёлковым покрывалом и подушками, на которых были вышиты сложные узоры; туалетный столик с квадратным зеркалом, возле которого стояло обитое замшей кресло; простая ширма, на которой висело несколько платьев; мягкий ковёр на полу и лепнина — под потолком, а в люстре было так много свечей, что Иштар даже не могла их сосчитать.