- А теперь есть и во-вторых, - припечатала безжалостно, игнорируя жалобный взгляд. - Белтар не верит в богов. Никаких. Он не верит, а точно знает: существуют Древние, его племена и мир создавшие.
Шон непроизвольно кивнул. Огры нечто такое же говорят. Правда их совсем мало осталось, но одно из семейств жило неподалеку. А их легенды он слышал с детства, ведь у многих общая кровь и из поколения в поколение передавали истории. Только с возрастом начал догадываться, что не просто сказки про хитрого Койота и Древнего Волшебника, победившего смерть, слышал, а нечто из былых времен, не менее старое, чем саги о походах на запад и войнах.
- Дорад в детстве попал в плен и был увезен далеко на юг. Ему повезло, усыновила семья из рода ягуара. По-вашему, - Шон невольно отметил оговорку, - хускарл. Они обожествляют камни, деревья или озера. У них там сотни богов. На каждый чих. От богини маиса до специального бога для похоти.
- Как у древних греков?
Вопросительно поднятая бровь. За время общения научился улавливать такие вещи.
- Я читал книгу Куна 'Легенды и мифы Древней Греции', - гордо заявил Шон.
Какой сюрприз. Что он грамотен и даже пишет, а это совсем не всегда связано, Ифа уже выяснила, но углубляться не стала. Ирландская церковь, распространяла влияние на всех живущих в Гринландии и уж точно, на говорящих на диалектах гойдела. У них считалось, что все должны читать Священное Писание и своими собственными глазами видеть, что повелевает и предписывает Господь. Тех, кто не умеет читать и проявляет религиозное невежество, запрещено допускать к причастию и таинству брака. Практически все мужчины, даже в Аплачах и многие женщины были грамотны. При этом умение писать остается достоянием малочисленной элиты. И, похоже, это делалось сознательно.
Она и подумала, ну, что там, у себя, мог видеть кроме Библии и то сомнительно в этих медвежьих углах. Оказывается, имеет смысл расспросить подробно. Это достаточно редкое и должно быть дорогое издание, хотя и не запрещено.
- Еще хуже. Большинство орков мало чего в них понимает, на то есть жрецы-толкователи. Зато очень многие из тамошних богов любят кровь.
- То есть про человеческие жертвоприношения правда? - азартно воскликнул он.
- Можешь поспрашивать у Дорада, если захочешь. Только не вздумай интересоваться резал ли во славу богов на алтаре и ел ли мясо человеческое.
Шон сглотнул, поняв намек. Лучше не знать. Всегда можно честно признаться, понятия не имел. Хоть под присягой, хоть под пыткой. За такие вещи могли и на костер отправить.
- Они оба уж точно не такие безобидные, как здешние иудеи.
Ага, подумал Шон, видел он насколько не опасны жители поселка. Одна тренировочная площадка чего стоит.
- Еще раз, они не христиане. Но мы, - это подчеркнуто интонацией, - живем по простым правилам. Поступай с другими, как они поступили бы с тобой. Потому что не важно кому ты молишься.
Ее семья тоже не безгрешна. С точки зрения истинного католика сомнительные ренегаты. Род уходил корнями в римскую империю и вестготскую испанскую знать. Когда пришли арабы они почти сразу стали мосарабами. То есть принявшими их язык и образ жизни. Иного пути сохранить владения не существовало. И хотя они оставались христианами, обрядность отличалась от католической. Все ее предки были воинами и иногда достаточно высокого ранга, однако воевали не на той стороне. И тут уж слов из песни не выкинуть, были родичи и произнесшие шахаду . И немало.
Реконкиста побеждала, к ним стали относится с глубоким подозрением и те, и другие. Уходить в мусульманские страны было чревато из-за веры. Оставаться столь же опасно, как подручным мусульман. Семейный совет решил распродать возможное и уходить на Запад, прежде чем выгонят, лишив последнего. Тем более, связи в Гринландии имелись, а клинки в новых землях всегда пригодятся. И не прогадали. Полтора столетия жизни здесь и практически полное уничтожение, не решившихся на подобный шаг, давали достаточно пищи для размышления.
В итоге она тоже глубоко сомнительный пример для честного католика. Официально и по необходимости посещает церковь, но религиозностью не страдает. Хуже того, возможность получения доступа к святым книгам других религий и регулярное общение с всевозможными еретиками сделало ее скептиком и умелым софистом. При желании могла б заморочить голову кому угодно, используя понятные тому примеры. А для нее разницы между Кораном, Библией, Танахом и Пополь-Вухом не существовало. Бог тебя не слышит, один он или их много. У него много имен. Даже христиане говорят о троице. Потому не важно какое имя произносят верующие и на каком языке. Он слышит каждого. Но не действует. Ведь у тебя свобода воли и сам решаешь, что творить. Зло или добро. Это ты решаешь, а не некто сверху. Тем более не Сатана. Демон не обладает божественным могуществом, вам скажут адепты любой религии. Значит его действия либо согласованы, либо безразличны Высшему.