Все ж мораль будет и Шон даже догадывался какая. Интересно, чего ради начал излагать. Устроил представление, как заезжие акробаты, разговаривая на разные голоса.
- Уж не знаю, почему, да просьбы к Высшему надо хорошо обдумывать. Он ведь даст, да не совсем то. Нельзя просить вообще и без граничных условий: Слетаю, вернусь, да обратно превращусь. Древние любят непотребно пошутить и частенько исполняют просьбу слишком буквально.
Забавно и предсказуемо. Не любят собственных богов. Боятся, уважают и не любят.
- Обернулась мать птицей и вылетела она на улицу. Дети заметили и испугались. Бегут следом и кричат:
- Мама, куда ты? Мы сейчас водички принесем!
Захотела бы, не ответила им птица. Больше не было у нее человеческого языка. Да она и не хотела. Поздно очнулись. Не нуждалась в их помощи больше. Навсегда улетела и бросила неблагодарных детей. Пусть живут в дальнейшем сами и заботятся о своих нуждах без матери. И с тех самых пор не вьет кукушка гнезда, не растит детей. Не нужны они ей.
- Красиво и неправильно, - горячо возразил, не выдержав Шон. - Страшная горячка была, совсем мозги сварились. Потому мать, бросающая своих детей удивительная штука. Для сказки хорошо, в жизни дикость.
- Так сказка и есть, - вмешалась Ифа, садясь. - С таким большим и заметным намеком. Для непослушных деток.
- Расскажи для взрослых, - предложил йотун.
- Почему нет, - согласилась женщина, устраиваясь поудобнее и опираясь спиной на бочонок. Например, знаете ли вы, что важнее и слаще всего? Только не говорите сахар или мед!
- Материнская любовь? - предположил Шон.
- Хороший ответ, но не правильный. Выше всего у человека стоят его желания! Выше чего угодно. Даже семьи и детей. Мало что ли мы видели отбирающих последнюю монету у жены на выпивку и плачущего в результате голодного ребенка? Не приходилось слышать об отталкивающих любого, хоть собственного отца, в сторону при катастрофе?
- Все же это сделает не каждый.
- А почему? Да потому что эгоизм, любовь к себе не простое чувство. Тебе не только физически, но и душевно должно быть хорошо и комфортно.
Последнее слово Шон не понял, но по смыслу догадался.
- Разве не так?
- Ну, наверное.
- Все лучшее в нашем мире возникает из потребности выполнить свои желания и сделать себе лучше. Самое простое идти прямой дорогой, используя оружие. Захотел - отнял. Так?
- Конечно.
- А в жизни все не так легко. Нельзя ж вечно грозить ножом или убивать любого. Вы ж понимаете, не всегда можно отнять и силой. А уж более тонкие вещи... Разве нормальный человек стал бы врать жене, что она выглядит замечательно, если бы не пытался избежать скандала? А девушке, о ее небесной красоте, будто его не интересует совсем другое? Ведь видел неоднократно и посимпатичнее, но уговорить эту важно здесь и сейчас. Ну стал бы кто спокойно разговаривать с человеком, которого считает подлецом, вором и ублюдком, если бы чего не нужно было от него? Наглец проглотит свою спесивость и будет умильно улыбаться, лишь когда хочет нечто получить, разве не так? Вся наша жизнь построена на неком кодексе поведения. Фактически на постоянном вранье.
Йотун покачал головой. Он не был согласен. Кодекс чести - да. Но врать ради чего угодно его не заставить. Дораду было без разницы. Он как раз очень понимал смысл, но обычно не давал себе труд задуматься. Его интересы не в красивой болтовне. Девки, схватки с врагами, деньги. Последнее, чтоб было на девок. Больше его ничто всерьез не занимало. Жизнь всегда приходит к концу, значит нужно уметь драться и отправлять за грань нападающих, не давая сделать это с собой. И все. Остальное приложится. И если кому хочется размышлять, обращайтесь к госпоже. А его дело защищать и убивать ее врагов.
- А зачем это нужно? Чтоб облегчить себе жизнь и устроиться за счет других. Конечно не у всех получается безукоризненно получать желаемое. Оно и понятно, если б каждый мог достигнуть потребностей, то и не было смысла улыбаться друг другу. К берегу правь, - резко сказала, не закончив.
Дальше у реки, со стороны степи, поднимался дым. Не костер. Нечто горит и немало.
- Да, - подтвердила на жест. - Лучше туда, где на выступе к самой воде подходит вода, чтоб сразу за деревьями не заметили.
Красота очень сложная вещь, размышлял Шон, в очередной раз собирая хворост для костра. Война отдельно, а пожрать не мешает. Его с собой не взяли на разведку и нисколько не обидно. Кто-то обязан приглядеть за грузом, плотом и госпожой.