Рассматривая их спящие лица, вспоминала, как вчера они отказывались ложиться на кровати уверяя, что эти конструкции только для господ им же привычней пол и соломенная подстилка на нём, но я не позволила морозиться. Ничего постепенно привыкнут к выкрутасам странной по их меркам хозяйки.
Потянувшисть улыбнулась, как же приятно просто лежать развалившись на кровати в непонятной позе и размышлять о чём угодно, но сейчас для этого не время. Отдохнули и хватит пора поднимать свою ленивую тушку и двигать навстречу новым заждавшимся меня приключениям.
– Вставайте, – тихо чуть ли не шёпотом произнесла, но и этого хватило для того, чтобы эльфийка с оборотнем резко подскочили, лишь Борок тихо посапывал и дёргал лапками, не обращая внимания на возникший шум. Перенервничал! Думал, что заклинание сокрытия и отвода глаз применённые на нём могут утратить силу в самые напряжённые моменты вчерашнего дня, но пронесло и он спит, набираясь сил для дальнейших подвигов.
– Чего госпожа изволит... Сопроводить вас в купальню? – нарушил возникшее молчание мужчина.
– С этим справлюсь сама. Я лишь желаю, чтоб ты встал и организовали завтрак сюда в комнату, ибо не хочется привлекать к себе лишнего внимания в общем зале. Мне принеси кашу и какой-нибудь фрукт себе же и Лие возьми, что вы хотите.
– Слушаюсь госпожа, – немного поколебавшись ответил он, взглянув на растерянное личико девчушки и ушёл, не спрашивая, что же она желает отведать. Не удивлюсь, если последние слова пролетели мимо его ушей ведь просьбы ради рабов — это глупость несусветная.
По прошествии нескольких минут входная дверь отворилась, пропуская вернувшегося Вила с большим подносом на руках. Приближаясь к столу, я с упоением вздыхала вкуснейший аромат настраиваясь на позитив пока не увидела.
– Что это? – чуть ли не зло выкрикнула я, указывая на тарелки, поставленные перед Лией и Вилом.
– Суп госпожа, – ответил серьёзно он. В каком месте это суп чтоб его.
– Горе луковое, – вздохнув, провела по лицу ладонями.
– Что?
– Бестолочь говорю ты. Меня не интересует название этой зеленоватой жижи в ваших чашах я лишь пытаюсь понять, почему ты не взял вам нормальной еды.
– Не гневайтесь госпожа. Я лишь взял специально сваренную еду для таких, как мы.
– Сидите здесь. Я скоро. – скомандовала и вышла за съедобной едой.
После нормального сытного завтрака, который прошёл в полнейшей тишине, мы собрали вещи и отправились на рынок покупать одежду для владельцев лохмотьев. Думала, продумала всё, собираясь в путь, но моя забывчивость и тут отметилась. Немного стыдно оттого, что нет никакой сменной одежды для моих спутников. Благо что, ходя бы мои, хоть и большего размера ботинки чем ножка у Лии помогли ей не ходить по улице босиком.
К рынку, представшему собой длинную улицу, сплошь и рядом заставленную разными прилавками с товарами, мы прошли минут за десять. Особой радостью для меня было то, что товары разного вида находились отдельно друг от друга. Например, вещи и ткани были довольно на приличном расстоянии от прилавков с едой и живностью. Всё это очень сильно облегчило нам поставленную задачу.
За время нашего хождения вдоль прилавков я немного продвинулась в общении с милашкой Лией, которая была очень нежным ребёнком, добрым и сильным. Эта её внутренняя сила и доброта к окружающим проскальзывала при рассказе о семье и о том, что же с ними приключилось. Мама, папа и братишка все её покинули. Их убили по приказу её прошлого господина, но она не винила убийц, она винила саму систему. Уклад жизни их общества. Её господин поймал беглецов и убил её семью не из-за своих желаний.
– Он бы так не поступил… Он был к нам добр, но мама и папа почему-то решили сбежать и нас обнаружили почти сразу. Именно в тот ужасный вечер у господина Бранта гостил его старый приятель крупный землевладелец, который не потерпел такого поведения от рабов и надавил на господина. Ему пришлось одобрить казнь. Меня так как я девочка пощадили, а мама погибла из-за оскорбительных слов, произнесённых тому монстру. Так я потеряла семью и стала рабыней этого Карнелиуса, который всё же быстро от меня избавился, выставив надоедливый товар на продажу. Так я попала к вам госпожа, – со слышимым всхлипом закончила Лиа.