Они ещё немного погуляли по центру, заглянули в несколько магазинчиков. В лавке "Семена и Вещи" пожилой хозяин узнал Элис и долго расспрашивал о житье-бытье. В пекарне они купили свежих булочек с корицей, а в кафе — кофе навынос.
Мартин допивал горячий шоколад.
"Мам, а правда, что завтра мы пойдём в школу?"
"Правда."
"Я немного волнуюсь."
"Это нормально, сынок. Но уверена, что все будет хорошо. Учителя здесь замечательные, а дети дружелюбные."
"А если меня не примут?"
Элис обняла сына.
"Обязательно примут. Ты добрый, умный мальчик. И потом, здесь не принято обижать новичков. Наоборот, все будут стараться помочь тебе освоиться. Ну что, поехали на ферму? Дядя Рэнди и тётя Лоис, наверное, уже ждут нас с обедом."
Глава 3. Родной дом
Гравийная дорожка хрустела под колёсами машины, ведя к знакомому белому дому с зелёной крышей. Элис замедлила ход, вглядываясь в знакомые очертания. Тот же старый клён у крыльца, те же резные перила, те же качели, которые покачивалась на лёгком ветру.
Первой их встретила собака — рыжая овчарка по кличке Дейзи. Она выбежала из‑за угла дома, радостно виляя хвостом и звонко лая.
"Дейзи! Тихо!" раздался голос с крыльца.
Лоис стояла у двери, одной рукой опираясь на перила, другой махая им. Её светлые волосы были собраны в косу, а простое голубое платье подчёркивало округлившийся животик.
"Элис! Наконец‑то!" Лоис спустилась с крыльца, и её лицо светилось искренней радостью.
Элис вышла из машины и обняла невестку. Лоис пахла ванилью и свежеиспечённым хлебом.
"Как дела, милая? Как ты себя чувствуешь?"
"Прекрасно! Малыш ведёт себя тихо, даже утренней тошноты почти нет." Лоис погладила живот и повернулась к детям. "А вы выросли! Дженни, какая ты стала красивая. И Мартин — настоящий мужчина!"
Дженни застенчиво улыбнулась, а Мартин покраснел от удовольствия.
Из сарая вышел Рэнди, вытирая руки о рабочие брюки. Он выглядел точно так же, как Элис помнила — высокий, крепко сложенный, с добрыми серыми глазами и немного седеющими волосами.
"Сестрёнка!" Он подхватил Элис в крепкие объятия. "Добро пожаловать домой."
Слово "домой" отозвалось в груди Элис теплом. Да, это действительно был дом. Не просто место, где она родилась, а настоящий дом, где её любили и ждали.
"Ну, показывайте ваши вещи," сказал Рэнди. "Сейчас все занесём."
Они принялись выгружать коробки и чемоданы из машины. Дейзи крутилась под ногами, обнюхивая новые запахи и требуя внимания. Мартин сразу подружился с собакой, а Дженни осторожно погладила её по голове.
"Она добрая," заверила Лоис. "Только шумная. Но защитит от любого незваного гостя."
Войдя в дом, Элис остановилась на пороге. Все было точно так же, как в её детстве. Тот же паркет, поскрипывающий под ногами. Та же лестница с резными перилами. Тот же запах — смесь воска, лаванды и чего‑то неуловимо домашнего.
"Ничего не изменилось," тихо сказала она.
"Мы старались сохранить все, как было при родителях," объяснил Рэнди. "Ну, кроме кухни — там Лоис кое‑что переставила."
"И правильно сделала. Дом должен жить."
Лоис провела их по первому этажу. Гостиная с камином и старым роялем, на котором когда‑то играла их мать. Столовая с массивным дубовым столом, за которым собиралась вся большая семья. Кухня, действительно немного изменившаяся — более светлая, с новыми занавесками и живыми цветами на подоконнике.
Они поднялись на второй этаж. Рэнди показал детям их комнаты — светлые, просторные, с видом на сад. Дженни досталась комната с эркером, Мартину — угловая, откуда было видно пастбище с коровами.
"А это твоя комната," сказал Рэнди, открывая знакомую дверь.
Элис вошла и замерла. Комната её детства встретила тишиной и полумраком. Та же кровать с белым покрывалом. Тот же комод у окна. То же зеркало с маленькой царапинкой в углу.
Она подошла к окну и отодвинула выцветшую занавеску. За стеклом открывался знакомый вид — сад, поле, вдали — силуэты гор. Сколько часов она провела у этого окна, мечтая о будущем, строя планы, которые так и не сбылись...
"Вроде всё как было," сказал Рэнди, заходя в комнату.
Они спустились в столовую, где Лоис уже накрывала на стол. Большая супница дымилась посередине, рядом стояли тарелки с хлебом и маслом.
"Надеюсь, вы голодны," сказала Лоис. "Я приготовила картофельный суп по маминому рецепту."
"Помню этот суп," улыбнулась Элис. "Мама готовила его каждую среду."
Они сели за стол. Рэнди взял за руки Лоис и Элис.
"Давайте помолимся," сказал он просто.
Элис почувствовала, как Дженни напряглась рядом с ней. В Нью‑Йорке они никогда не молились перед едой. Кевин считал это "пережитком прошлого".