Рэнди произнёс простую молитву благодарности за еду, за семью, за возвращение Элис домой. Его голос звучал спокойно и искренне, без показного благочестия.
"Аминь," сказала Элис.
"Аминь," шепнула Лоис.
Дети промолчали.
"Мы с Лоис ходим в церковь каждое воскресенье," сказал Рэнди, разливая суп по тарелкам. "Если хотите, присоединяйтесь. Пастор Том очень хороший человек, а община дружелюбная."
"С удовольствием," ответила Элис. "А дети... пусть решают сами."
Дженни пожала плечами, а Мартин кивнул.
"А что за служба?" спросил он.
"Обычная. Поем гимны, пастор читает проповедь, все очень просто. И после службы всегда устраиваем общий завтрак. Можно познакомиться с соседями."
Суп оказался восхитительным — густой, наваристый, с кусочками бекона и свежей зеленью. Элис ела и чувствовала, как с каждой ложкой в ней разливается тепло. Не только от горячей еды, но и от атмосферы дома, от заботливых взглядов Лоис, от спокойного голоса брата.
"А теперь расскажи, каковы твои планы," сказал Рэнди, когда они управились с супом. "Где собираешься работать?"
"Пока не знаю," честно ответила Элис. "В городе, наверное, много вакансий не найдётся."
"А что ты умеешь делать?"
Элис задумалась. В Нью‑Йорке она работала секретарём в небольшой юридической фирме. До рождения детей была помощником редактора в журнале. Но здесь такая работа вряд ли найдётся.
"Умею печатать, веду документооборот, немного разбираюсь в дизайне. В колледже изучала журналистику."
"Знаешь что," сказал Рэнди, облокачиваясь на стол. "А не хочешь заняться фермой? Мне как раз нужна помощь."
"Фермой?" удивилась Элис.
"Да. Лоис скоро родит, будет занята с малышом. А объем работы растёт — все больше магазинов хотят покупать нашу продукцию. Органические овощи, свежие яйца, домашний сыр — это сейчас очень востребовано."
Элис посмотрела на брата. Идея была неожиданной, но почему‑то привлекательной.
"А я справлюсь? Я же двадцать лет не занималась сельским хозяйством."
"Справишься," уверенно сказал Рэнди. "Фермерство у тебя в крови. Помнишь, как ты в детстве ухаживала за огородом? У тебя были самые ровные грядки во всей округе."
Элис улыбнулась. Она действительно помнила. Ей было лет десять, когда отец выделил ей небольшой участок земли и сказал: "Это твой огород. Делай с ним что хочешь". Она посадила там морковь, редис, салат и ухаживала за растениями с религиозным усердием.
"А что нужно будет делать?" спросила она.
"Всего понемногу. Садить, поливать, собирать урожай. Ухаживать за курами. Помогать с коровами. Возить продукты в магазины. Вести учёт."
"Ведение учёта мне знакомо."
"Вот видишь! А остальное быстро вспомнишь."
Лоис кивнула.
"Это отличная идея, Элис. И дети смогут помогать. Им полезно будет узнать, откуда берётся еда."
"А можно я буду кормить кур?" спросил Мартин.
"Конечно," засмеялся Рэнди. "Только осторожно. Петух Генри иногда кусается."
"Он кусается?" испугался Мартин.
"Не бойся, он просто важничает. Покажешь ему, кто тут хозяин, и он станет ручным."
Они ещё долго сидели за столом, обсуждая планы. Рэнди рассказывал о хозяйстве, о том, какие овощи лучше растут в местном климате, о договорах с магазинами. Лоис делилась рецептами домашних заготовок.
"А помнишь яблочный пирог мамы?" спросила Элис.
"Конечно помню," сказал Рэнди. "У Лоис есть рецепт."
" Хочешь, испеку к выходным?" кивнула Лоис.
"Очень хочу."
Разговор плавно перешёл к воспоминаниям о братьях и сёстрах. Джон, старший брат, работает бухгалтером в Денвере, женат, воспитывает двух дочерей. Синди живёт в Техасе, занимается дизайном интерьеров. У неё трое детей. Барни переехал в Калифорнию, работает в строительной компании. Джойс осталась неподалёку, в соседнем округе, преподаёт в начальной школе. А Гарри, самый младший, пока "ищет себя" — живёт то в Сиэтле, то в Портленде, меняет работы как перчатки.
"Все разъехались," вздохнул Рэнди. "Только мы с тобой теперь остались в родном доме."
"А скучаете друг по другу?" спросила Дженни.
"Конечно. Но у каждого своя жизнь. На Рождество стараемся собираться все вместе."
"Это здесь?"
"Да. Дом большой, места всем хватает. В прошлом году приехали все, кроме Гарри. Он тогда в Мексике был, изучал гончарное дело."
Элис слушала и представляла дом, полный людей, детских голосов, смеха. В Нью‑Йорке их Рождества были тихими, почти грустными — только они вчетвером у искусственной ёлки в маленькой гостиной.
"А отца и маму... вы часто вспоминаете?" тихо спросила она.
"Каждый день," сказал Рэнди просто. "Уже шесть лет, как папа ушёл. Сердце… Мама ушла через года после."