Пробираясь сквозь толпу, Грисволд чувствовал на себе взгляды — одни любопытствующие, другие расчетливые.
Все посетители вокруг излучали энергию, которая пульсировала, как сердцебиение — некоторые из них были людьми, заблудшими душами, попавшими в ловушку собственных желаний, а другие... о других Джейк только читал в пыльных фолиантах библиотеки дяди. Он почувствовал, как тьма этих духов окутывает его, угрожая затянуть в свои глубины. В этом месте следовало быть настороже, чтобы уйти здоровым и в нормальном состоянии. Он сбежал из физического мира, но был далек от свободы и мог остаться здесь навсегда, словно в ловушке грота Венеры*. Но это место было страшнее своим пленительным зовом.
Мурашки пробегали по телу от сотрясающей стены живой рок музыки, которую исполняла группа призраков на сцене. Сердце трепетало от эфемерных огней и неугомонной энергии, когда пары дико танцевали, их тела казались размытыми под разноцветными лучами. Фигуры двигались в едином ритме со своими партнершами, слившись с ними в объятиях и поцелуях.
Чтобы не выделяться из толпы, Джейк напустил на себя свой лучший вид беспечности; он в совершенстве овладел искусством казаться непоколебимым даже перед лицом высочайших странностей.
Именно тогда он заметил ее — в центре клуба на возвышении располагалась огромная барная стойка, за которой, словно королева проклятых, стояла хозяйка ночного клуба “Зачарованный” Клаудия Синклер. Она была не похожа ни на кого из тех, кого он когда-либо встречал. Она была красивой загадкой, истинная la femme fatale. Бриллиант Мемфиса. В фиолетовом платье с сексуальным разрезом на ноге, длинными локонами цвета воронова крыла, ниспадающими волнами на обнаженные алебастровые плечи, и зачаровывающими глазами цвета электрик, насыщенного синего, которые в свете стробоскопов мерцали, как вечерние августовские звезды. Ее присутствие наполняло зал; казалось, каждая душа в нем притягивалась к ее магнетическому обаянию. Клаудия была здесь Афродитой, Персефоной, Фреей, и Афиной одновременно.
Многие утверждали, что она ведьма, в то время как другие шептались, что она была кем-то большим – духом, который питался магией ночной жизни, посредником между мирами.
Джейк целеустремленно обошел толпу, лавируя между существами, пока не оказался рядом с ней у бара, присев на круглый стул с высокой ножкой.
– Джейк Грисволд, – промурлыкала она, и ее манящий, вкусный, как фруктовый мед, голос прорезал шум. – Хватило же тебе наглости прийти в место, где половина обитателей желает твоей смерти, а другая половина желает твоей мучительной смерти.
– Должно быть, я правильно выполняю свою работу, – бросил он ровным голосом, глядя в ее очаровательные глаза.
– И что же привело юного охотника на ведьм в мое скромное жилище? Поведай мне свою историю.
Наливая ему напиток, который переливался радужным светом, она продолжила:
– Каждый дух в этом клубе находится здесь не просто так. Они хранят остатки своих историй, так же как и ты хранишь свои. Но истинная сила заключается в понимании этих историй.
Джейк нерешительно пригубил из граненого стакана. Напиток обжег его и одновременно успокоил, наполнив разрозненными воспоминаниями об утраченных временах и утраченной любви. Клаудия пристально смотрела на него, выражение ее лица было непроницаемым.
– Ты знаешь, что это? – спросил он, доставая из кармана сверток с надписью Гекуба и кладя его на стойку перед Клаудией. – Я нашел это у ведьмы, которая пыталась меня убить.
Глаза девушки заинтересованно заблестели.
– Вот так новость. Этот сверток – проводник, – ответила Клаудия, лениво проводя пальцами по краю бокала. – Средство для призыва или привязки. Он несет в себе частицу сущности Гекубы. Те, кто владеет им без ведома, могут оказаться в ловушке в ее мире — месте, из которого они, возможно, никогда не вернутся.
– То есть у меня в руках портал в ад? Замечательно.
– Не совсем так, – засмеялась она. – Только не открывай его, если не хочешь наслать на себя проклятия.
– Кто такая Гекуба? – спросил Джейк.
На мгновение почудилось, словно сумерки сгустились вокруг них после сосредоточении на этом имени. Всё вокруг потускнело, а имя будто повисло в воздухе, как трупное зловоние. Но это ощущение прошло.
– Старинное зло из древних легенд. О ней мало что известно.
– Даже для неподражаемой мисс Синклер? – попробовал надавить на ее самолюбие Грисволд, которое к слову у нее вряд ли имелось.
– Кое-что я знаю, – ответила она интригующим тоном и выдержала небольшую паузу. — Некоторые считают Гекубу богиней мрака, чародейства и ночных призраков. Ах да, забыла! Еще повелительницей теней.