У Чейза кружилась голова, но он успел увидеть, как на краю обрыва самосвал нырнул вниз. Пару секунд спустя земля вздрогнула и раздался жуткий грохот.
Превозмогая боль в каждой клеточке тела, Чейз перекатился на спину и посмотрел на Нину. Ее одежда была порвана, сквозь дыры даже под грязью виднелись кровоподтеки. Из особенно серьезного пореза на лбу стекала струйка крови.
— У тебя кровь, — хрипло проговорил Эдди.
Нина взглянула на него, и ее глаза округлились.
— У тебя тоже!
Он поднес руку к особенно болезненному синяку на щеке и размазал пальцами кровь. Во рту появился металлический привкус. Попробовав языком, Чейз понял, что один из коренных зубов шатается.
— Черт! — пробормотал он, сплевывая кровь. — Ненавижу стоматологов!
Нина попыталась встать и закусила губу от боли, перенося вес тела на ноги.
— Ты ничего не сломала?
— Нет, — процедила сквозь стиснутые зубы Нина. — Просто, кажется — ай! — подвернула. Ой, мамочка, больно! — Нина нерешительно попробовала ступить ногой. — Ладно, идти могу. Или хотя бы прыгать. А ты?
Чейз с трудом встал на колени, сделал глубокий вдох, задержал дыхание и поднялся. Ноги чуть не подкосились. Сделав пару неуверенных шагов, он подошел к Нине.
— Жить буду. Пошли, тут оставаться нельзя.
Нина посмотрела на пустыню, которую они только что пересекли. В том месте, где самосвал скинул груз, поднимался столб пыли. Чуть далее на горизонте клубились два маленьких пылевых облака — за ними ехали два автомобиля.
— Куда идти? — спросила Нина, приложила руку к голове и поморщилась, нащупав кровоточащий порез. — Мы не успеем добежать до аэродрома.
Поддерживая ее, Чейз подошел к самому краю обрыва, любуясь открывающимся перед ними видом. Впереди и ниже, насколько хватало взгляда, несколькими широкими ленивыми рукавами разливалась Окаванго. По сравнению с пыльной пустыней у них за спиной цвета были поразительно живыми. Далеко в голубом небе летел самолет — медленно перемещающаяся белая точка.
— Первым делом нужно найти транспорт.
— Легко сказать.
Нина с опаской заглянула за край обрыва. Посмотрела на дымящиеся обломки грузовика, лежащего вверх колесами, словно подстреленное животное.
— Не все так плохо.
В голосе Чейза послышался странный энтузиазм, и Нина с любопытством посмотрела на него. Эдди показал направо. Там склон становился более пологим и шел к озеру, на берегу которого виднелась деревянная постройка с пристанью.
— Когда-нибудь была на речном сафари?
Глава 13
— Ай! Не спеши! Не спеши!
Нина тяжело дышала, при каждом шаге лодыжка болезненно пульсировала. Чейз, не обращая на это никакого внимания, энергично шагал вниз по холму.
— Ладно, давай помедленнее, — ответил Чейз с деланной любезностью. — Такой прекрасный день, полюбуемся видом, устроим пикничок. У нас на хвосте всего лишь горстка наемных убийц и половина ботсванской армии. Так что спешить некуда!
Нина нахмурилась и глубоко вдохнула через ноздри, надеясь, что это поможет успокоиться. Прием не сработал.
— Знаешь, Эдди, — каменным голосом начала она, — меня уже достал твой сарказм.
— Да что ты? — ответил Чейз. С сарказмом.
— Именно! Ты вел себя как осел столько дней… недель, если подумать. Нет, даже месяцев! Что с тобой происходит?
— Со мной все нормально, — ответил Эдди. — Если кто-то и вел себя как осел, так только ты. Или, точнее, ослица.
— Я?! — воскликнула Нина, не ожидая такого оскорбления. — И что я делала неправильно?
Чейз фыркнул:
— Слишком длинный список.
— Может, все-таки просветишь меня?
— Хочешь знать?
— Да! Хочу! Давай, скажи, почему по сравнению со святой Софией я в твоих глазах никчемная пылинка!
— В этом все и дело, не правда ли? — произнес Чейз с кривой усмешкой. — Ты думаешь, что я тебе больше не нужен, потому что я не вписываюсь в совершенный мир волшебных офисов и крутых пентхаусов, в котором властвуют богатые и могущественные. Но как только в нем появляется реальная София, ты испытываешь неописуемый приступ ревности.
— Я когда-нибудь говорила, что ты мне больше не нужен? Говорила? Когда? — Чейз не ответил. — И София не просто «появилась». Это ты исчез, улетел на другой конец света за ней и привез к нам в дом!
— Она была в беде и нуждалась в моей помощи. Она моя бывшая жена, в конце концов. Как я должен был поступить?