Дорога показалась ему слишком долгой, хотя ехали не больше пятнадцати минут. За это время он успел подумать о многом и многое вспомнить.
В последний раз Балуев видел Анастаса Карпиди на похоронах Пита Криворотого в августе девяносто шестого. Совсем еще молодого авторитета, продержавшегося в боссах около четырех месяцев, хоронили в закрытом цинковом гробу. От Пита мало что осталось. Его разорвало гранатой. А загородный дом босса представлял из себя обгоревший кирпичный остов, не годившийся даже бомжам для ночлега. Так постарались люди Гробовщика. Так возненавидел своего бывшего человека Поликарп, когда тот пренебрег советами прежнего хозяина. Шестерки не должны становиться боссами — такой формулировки придерживался Карпиди.
В тот памятный день, когда весь цвет городской мафии хоронил одного из верных своих сынов. Гробовщик блеснул красноречием. Сложив на брюхе пальцы-сардельки, потупив взор, он сказал:
— Я знал Петю очень давно. Еще в отроческие годы он бегал ко мне попросить совета. Я любил его как сына И помогал не только советами. В трудные минуты жизни он знал, к кому обратиться. Он знал, кто ему роднее родного отца. Прости, дорогой, что не уберег. — При этих словах он набрал в грудь побольше воздуха и громко засопел. — Пусть земля тебе будет пухом, Петро…
«Андромаху» нельзя было узнать. Всегда шумное веселое молодежное кафе будто вымерло. Балуев посмотрел на часы и понял, что заведение еще не открылось.
Однако у входа стоял черный «шевроле» с затемненными стеклами. Поликарп сидел за самым дальним от эстрады столиком, в обществе двух телохранителей.
— Ну, вот и нашлась пропажа! — с искусственной улыбкой приветствовал он Геннадия, словно речь шла о неодушевленном предмете.
Они пожали друг другу руки.
— Вы хотели меня видеть, Анастас?
— Присаживайся, голуба, — предложил Гробовщик. — Что за цирлих-манирлих, поганка-мухомор! Мы не первый год знакомы! Пить что-нибудь будешь?
Да, он любил здесь посидеть в былые времена, заказать драй-мартини или какой-нибудь экзотический коктейль. И любил, когда ему составляла компанию симпатичная девушка, а не толстый, пожилой господин с воровато бегающими глазками. Он обратил внимание, что Поликарп, несмотря на то что похоронил двух сыновей, нисколько не изменился, и в его поредевшей черной шевелюре по-прежнему нет ни единого седого волоска.
— Драй-мартини.
— Вот и замечательно. Выпивка располагает к беседе. А я предпочитаю нашу водочку.
Один из телохранителей удалился, чтобы сделать заказ.
Кроме выпивки, им подали блины с икрой, корейский салат и шашлык.
— Чем богаты, голуба, — угощал хозяин.
Беседа не клеилась. Поликарп пытался рассуждать о политике. Горевал о пенсионерах, которым не выплачивают пенсий. Освещал нравственные аспекты современной жизни.
Геннадий молчал, медленно пережевывая пищу.
Наконец Гробовщик тоже умолк, но антракт длился недолго.
— Скажи мне, голуба, — спросил он напрямик, — зачем ты полез в это дерьмо? Кто стоит за тобой? Мишкольц или Кулибина?
— Мне нравится ваша прямота, Анастас, — похвалил его Гена, — но должен вас разочаровать. За мной никто не стоит. Я веду расследование по собственной инициативе. Тут задета честь нашей фирмы. Триллер снимался на деньги Тимофеева и по его сценарию, а это бросало тень на Мишкольца. Вот почему я и взялся за это дело.
— А Володя ничего не знал?
— Нет.
— Но никто и не думал на него, — фыркнул Поликарп.
— Не важно. Кто-то хотел подставить Мишкольца…
— Скорее, завести дело в тупик, — возразил хозяин. — И ему это удалось. Так ведь?
— Возможно. Но Тимофеев оказался действительно замешанным…
— Меня не интересуют шестерки. Я хочу знать заказчика.
Гробовщик сжал свои сардельки в кулаки и уставился на собеседника.
— Я тоже, — тихо произнес Балуев.
— Ты его знаешь! — ткнул в него пальцем Карпиди. — Я тоже догадываюсь, но мне нужно, чтобы кто-нибудь подтвердил. Это двое ублюдков из «Больших надежд»! Так?
Никогда не думал, что придется подписывать смертный приговор. Разве такое возможно? Чего только не бывает на белом свете! Он знал, что те двое из «Больших надежд» тут ни при чем. И Поликарп основывается на показаниях Анхелики. Она заложила Окуня. А где Окунь, там и Жигулин. Это всем известно. Боссы давно спелись и действуют заодно. Значит, два смертных приговора. А мотив? Гробовщика вообще интересует мотив?