— Как вам показался город? Вас давно не было видно.
— Может спросите, какая погода на Карибах? Там тепло. Местами жарко.
— На Карибах мы как-нибудь обойдемся без вас! — сорвался тот, что за рулем.
— Я должен предупредить, что хамства не переношу. — Балуев отвернулся к окну и принялся насвистывать «В буднях великих строек…».
Беседа зашла в тупик.
— Извините, — пробурчал рулевой «трахомы».
— Ничего. Бывает, — простил его Геннадий Сергеевич.
— Ваша теперешняя миссия нам кажется необычной, — перешел в наступление обладатель шрама на шее.
— Какая миссия?
— Не притворяйтесь. Нам известно, что вы заняты поиском убийцы Христофора Карпиди.
«Я предупреждал эту идиотку! Расхлебывать кашу приходится мне одному!»
— Мы хотим знать, для кого ведется расследование? Для Мишкольца? Для Кулибиной? Или есть еще третье лицо?
«Они знают о моем вчерашнем визите к Шалуну! Значит, слежка началась не с кладбища! Вот попался!»
— О подобных вещах я могу говорить только с вашим боссом.
Хитрость заключалась в том, что их босс в данный момент пребывал на своей исторической родине.
— Мы обязательно свяжемся с боссом, — снова вмешался рулевой. — Он задаст вам тот же вопрос. Стоит ли откладывать в долгий ящик? Ведь наши интересы совпадают?
Их интересы совпадали. И откладывать в долгий ящик действительно не стоило. И еще он подумал, что может своим молчанием подставить Мишкольца, который так много для него сделал и благодаря которому эти верные псы Поликарпа разговаривают с ним учтиво, по-человечески. С каким бы наслаждением они прижали его к стенке, приставили к затылку пистолет, сменив уважительное «Геннадий Сергеевич» на свое родное «сука» и «говнюк». Не могут. Даже пальцем не тронут. Кто они? Шестерки на службе у Гробовщика. А он помощник самого Мишкольца. Не просто помощник, а верный друг, правая рука, консультант по вопросам мирным и вполне культурным. Если бы Володя знал, чем он сейчас занимается! Как упорно стоит на страже интересов его вечного врага. А чем они вообще тут занимаются? Почему сам Мишкольц не вылезает из-за границы?
Нет, это свинство с его стороны так долго молчать!
— Хорошо, — согласился Балуев, — можете передать своему боссу, что Мишкольц ничего не знает о моей деятельности в городе.
«А теперь пусть гадают! Пусть мечутся между Шалуном и Кулибиной! Со Светкой я могу только спать (это факт общеизвестный!), а работать на Виталика! У того всегда были проблемы с контрразведкой. Почему нет? Пусть пораскинут мозгами, какие у него интересы в этом деле? А какие у Светки?»
— Ничего более конкретного пока сообщить не могу. Остальное при личной встрече с вашим боссом (Век бы его не видеть!).
— Вы в любое время можете связаться с нами. — Обладатель шрама протянул ему визитную карточку, из которой выяснилось, что он директор мелкооптовой фирмы.
— Остановите на площади, — попросил Балуев. Он не хотел, чтобы эти двое подвозили его к дому Светланы, хотя для них не было секретом, где он остановился.
Уже порядочно стемнело. Он быстрым шагом пересек площадь. Там было многолюдно. Целые толпы горожан, пролетариев и служащих, дожидались своего трамвая или автобуса. А во дворе, за памятником Ленину, — ни души. Здесь, рядом с художественными мастерскими, он решил отдышаться и прийти в себя.
«Где они меня подцепили? Почему я их заинтересовал? О моем вчерашнем визите к Шалуну они знают. Я поехал «На кичу» отсюда, от Гольдмаха. Какая может быть связь между людьми Поликарпа и Гольдмахом? А между самим Гробовщиком и старым Гольдмахом? Может, племянника просто-напросто «пасут»? Может, он у Карпиди на подозрении? Что-то было там, в начале шестидесятых, между скрипачом и Поликарпом! Я это чувствую! Значит, именно здесь мне сели на хвост? Вполне возможно. Я ехал на трамвае. Он был битком набит. Это очень неудобно для слежки. Если преследовали на машине. А если… Стоп! Переполненный трамвай! Идеальное место, чтобы подцепить «жучок»!»
Балуев поднял правую руку, именно правой рукой он держался за поручень, а в левой находился сотовый телефон. Осторожно ощупал рукав, под мышкой и всю боковую часть. Инородный предмет обнаружил на бедре, рядом с карманом. Это была иголка с крохотной головкой.
«Что они могли услышать через эту букашку? Во время разговора с Шалуном пальто висело в гардеробе. Наш утренний разговор со Светкой, когда мы ехали на кладбище! Из него можно было обо всем догадаться! И еще я сказал, что поеду в психушку навестить режиссера… Поликарп получит обширную информацию!»