Твоя Хоши»
Она действительно любит его.И даже не скрывала этого. Кажется, он даже не попрощался с ней. Это так странно. Неприятно саднит душу от того, что я прочитала это письмо. Противно. Хоть головой бейся об стену. Вот второе, наверное то, о котором она упомянула в этом письме.
«Здравствуй, Сей. Как ты там? У меня сейчас чудесный вид на столицу страны, в которой я нахожусь. Дам подсказку. Бетонная стена делила город на две части, ровно до того момента, как её не снесли. Есть идеи? Конечно есть, ведь так? Врачи сказали что на все подготовки к лечению уйдёт полтора месяца, всё из-за ранения в бедро. Они боятся. Как глупо. Моя подруга присмотрит за тобой. Так что, будь хорошим мальчиком, не заставляй меня снова одеть „маску“… В конечном итоге, нам не нужно повторение того, что было тогда в номере.
Люблю тебя.
Вечно твоя, Хоши»
Я положила письма на место, не став читать ещё одно. Хотелось плакать. Я глубоко вздохнула и легла на кровать. Сейджуро вышел минут через пять после того как я легла, и оповестив меня о том, что ванна свободна начал вытирать голову. Я выдавила тихое «Спасибо», направилась в душ. А когда стеклянные стенки запотели, я упала на колени и закрыв лицо ладонями заплакала. Чёрт. Между ними двумя было нечто больше чем просто влюблённость. Общие проблемы, враги, секреты. Впервые. Впервые за последний год я плачу потому что, знаю, что Акаши, бесповоротно и точно, не только мой. Он и никогда не был моим, я только «одолжила» его у этой Аоки.
Акаши либо и правда не заметил, что я брала письма, либо умел скрыл это. Что же не особо важно. Мы поужинали у него дома, и он и его водитель отвезли меня домой. А там, как назло никого не было. Я попрощавшись со своим па… А кто он мне, парень? Нет. Тогда… Тогда кто? Я заглянула в почтовый ящик, в нём сиротинушкой лежало одно письмо, подписанное аккуратным подчерком, но явно это не Аоки. Я села на кухне на стол и открыла письмо. Желание вскрыть себе вены появилось мгновенно, когда я только начала читать содержимое.
«Привет, Рей. Я давно хотел извинится перед тобой. Не знаю, простишь ли ты меня. Но я очень виноват перед тобой. За то, что впутал тебя в наши с Акаши разборки. Я поступил как последний мудак, и я это понял только сейчас. Завтра я улетаю в Токио, теперь моё место там в компании семьи, подле моего отца. А ещё, я наконец-то понял то, что отрицал долгое время сам в себе. Я полюбил тебя. По-настоящему. Ещё тогда в парке, я бы вряд ли помог незнакомой девушке, но ты стала неким феноменом. Прости меня, если сможешь. и прощай.
Маруяма Тсубаса.»
Где же я так нагрешила? Бог, если ты существуешь, конечно… Хватит надо мной так стебать! Сука.
Кажется, карма всё-таки существует…
Комментарий к Глава 13. О чём расскажут письма Не проверенно даже бегло!!!
Страна Ёми – Царство Мёртвых в Синтоизме.
Кто догадался кто навестил Хоши? (Те, кто читал 1 часть тоже участвуйте!)
====== Глава 14. Дестабилизация ======
Крайне агрессивно проматерившись на русском я упала головой на стол. Игараси приуменьшил, когда сказал что работы будет много. Её было чертовски много. Мало того, что все спортивные клубы сдавали отчёты и списки принятых учеников. Так ещё и нужно было внести все эти данные в архив. Так же Кент напомнил мне, что потом нам придётся ещё следить за успехами клуба и чёрт его дери заниматься бухгалтерией.
— Не ной, могло быть хуже, — парень ерошит мои волосы, и сам принимается за свои бумаги, в помещение сидят ещё 4 человека с такими же «позитивными», как и у меня мыслями
— Не забывай, что у меня ещё точно такая же волокита будет с баскетбольным клубом завтра, — жалобно протянула я потягиваясь на жестком стуле, нет, кресло в баскетбольном клубе мне нравилось куда больше, там хоть спина не так сильно затекала.
— А у меня новички в команде, знаешь, тоже не комельфо, — он отложил очередную бумажку в стопку «забито, а архив» и начал набирать на клавиатуре новые данные.
— Слушай, ты что-нибудь знаешь о Аоки Хоши? — тихо спросила, чтобы меня не было слышно, мне на руку, что двое вышли на перекус, а другие сидели в наушниках. Игараси был сторонником того, что так работается лучше, ибо ничего не мешает сосредоточится на бумагах. Как он и сказал, первая неделя самая жестокая.
— Ищешь инфу на соперницу? — сарказмом тянет он, но вообще-то не без иронии, — На первом году, я учился вместе с её братом, он пришёл к нам в начале третьего триместра. В прошлом году, он хоть и набрал баллы для поступления в «1», но почему-то его перевели в «2-3». Я слышал, что там его опекун поспособствовал. Но не знаю, это мутная история. А вот с его сестрой, я пересекался всего несколько раз, и то, косвенно. Так, только слухи о ней слышал. Да, Нигучи, отзывался о ней не совсем лестно. Нигучи был менеджером до тебя, выпустился в этом году, вроде с Рио учился в одном классе. Он хоть и признавал, что большинство волокиты с бумагами делала она, но как-то у них не заладились отношения. Её вообще в школе не видно не слышно было, только слухи ходили, что у неё там какие-то тёрки с братом и той моделькой. А так, что я тебе могу о ней сказать. Богатая и умная стерва. Да ещё жестокая в придачу.
— Мда… Чувствую весело будет, когда она вернётся, — сия информация не дала мне ничего конкретного. Всё это я знала и без него. Но одно я узнала точно, у её брата были причины её ненавидеть.
— Будь с ней осторожна, они с Акаши одного поля ягода, а тебе ли не знать, какой он может быть, — я только кивнула, я знала, что Сейджуро настоящий монстр. Я не раз в этом убеждалась и была уверена на все «сто», что Аоки — это Акаши, только в женском теле.
Сделав уроки, и приготовив себе ужин я спокойно завалилась спать. Но мой сон продлился не так уж и долго, примерно до пяти часов утра, потом, неожиданно для самой себя я проснулась от того, что мышцы икр скрутило адской болью. Я даже пошевелиться толком не могла, всё ниже пояса словно атрофировалось. Я только и могла, что сжимать в кулак простынь и открывать рот в немом крике.
— Вадим! — истошно зову брата его настоящим именем, скорее по старой памяти, нежели специально. Я и не ждала его, брат хоть и спит не очень то крепко, но иногда, его не разбудит даже танк. Но дверь открывается и в комнату вбегает испуганный брат.
— Что случилось? Я разбудил тебя? — ага как же, ты что ослеп после попойки?!
— Ноги… — только и смогла выдавить я, прежде чем новая порция адской боли затуманила рассудок. Парень реагирует мгновенно, он садится на край и начинает разминать мои ноги. Не самая приятная процедура, хуже только был приём у гинеколога и процедура «Кукушка»*. Громко проматерившись, пока Рио разминал мои несчастные ноги я уткнулась носом в подушку, сна не было ни в одном глазу
— Встать можешь?
— Нет, колени не гнутся — за честный ответ получила не хилый удар по макушке. Рио то знал, что фраза «колени не гнутся» имеет только один негативный источник. И мы оба знаем какой. Но, эта только наша с ним тайна, конечно, он может рассказать родителем, что их младшая дочь ебанутая дура, которая с воспалёнными коленями ещё и занимается спортом, но нет, он молчит. За что ему огромное спасибо. Моим родителям вполне хватает возни с моей психикой. Нестабильной да ужаса. — И да, Рио, завязывай бродить по клубам.
— Ага, конечно — огрызается он и выходит из комнаты. Сволочь.
Когда первые две недели учёбы закончились, я смогла вздохнуть с облегчением. Теперь моя относительная свободна продлится аж до начала мая. Потом начнутся отборочные на межшкольные, и по словам Акаши для меня это будет тот ещё Ад. Что же, не верить этому парню у меня причин нет. Через день после того, как моя каторга официально закончилась меня перед фактом поставила Тиба. Я нужна для съёмок. Тем же вечером мы едем в Токио, но уже в другое здание, какого-то модельного агентства. Именно в тот момент когда мне наконец-то рассказали о задумке фотосессии, хотелось убить Тибу на месте. Всё строилось на моих шрамах на лопатках, мол создать образ «Падшего ангела» и всё это в красивейшем красном винтажном платье в пол и на огромных шпильках, чтобы компенсировать мой маленький рост. А казалось, что я только вернулась из Ада. Меня в очередной раз повели в гримёрную, но сильно мучить не стали, только волосы выпрямили и чем-то набрызгали, с макияжем тоже особо-то не возились, следы недосыпа скрыли под слоем тонального крема не более. Получился лёгкий повседневный макияж. Запихав меня в платье начали мучить мою спину, в самом прямом смысле, там что-то наклеивали и подкрашивали, аж противно стало. Но если честно, результат стоил тех мучений, и наверное, фотографии получатся действительно хорошими. Хотя, мне до сих пор страшно, в прошлый раз я была с Кисе, который мне помогал с позированием, а сейчас я одна, и чувство некой неловкости и дискомфорта меня не покидают.