Новый партнер в бою – это всегда риск. В идеале надо хотя бы месяц тренироваться вместе, научиться чувствовать друг друга, резонировать, чтобы стихии не конфликтовали.
Мы с Искеном и Рэйдо совпадали безупречно. А с Громом? Если мы не срезонируем и совместная атака ударит по нам же?
Но он, в отличие от меня, такими мелкими вопросами не задавался. Его железная уверенность передалась и мне, проникла в кровь и побежала по венам.
– Цельтесь туда, – приказал он и я, не задумываясь, ответила:
– Есть.
Знак молнии сложился легко, а в следующий миг к нему присоединилось мощное водное заклинание. Столб воды, окутанный сверкающими разрядами, на лету разделился на острые конусы, увеличив площадь поражения.
Полыхнуло знатно.
У нас получилось! Получилось же?
Я повернулась к Грому, распахнув глаза и тяжело дыша. Он смотрел туда, куда отправилось наше общее заклинание. На щеках играли желваки, на виске колотилась голубая жилка.
– Так и знала, что ловушка была по вашу душу.
Он глянул на меня, приподняв бровь.
– Конечно по мою. По чью же еще?
– Все вас любят, куда ни посмотри, – сыронизировала я. Не то чтобы мне хотелось его поддеть – момент не самый подходящий. Но…
Сейчас его гнев меня даже позабавил. Показалось, что следующее заклинание полетит уже в меня – таким говорящим стал взгляд холодных синих глаз.
Нашла время дразнить врага, хоть и бывшего. Сейчас мы должны действовать заодно, чтобы выбраться.
– По крайней мере, троих мы сняли. Я их не чувствую, – процедил он.
– Осталось двое, – согласилась я и замерла, прислушиваясь.
Огневики рассчитывали заманить Грома в эту ловушку. Надеялись, что он быстро истратит силы и тогда его можно будет добить. Правда, они не знали, что сюда угодят двое.
Внезапно огненный веер ударил по ледяной стене – во все стороны брызнули капли и острые осколки. Враг выдал себя. Гром уже держал наготове руки, водный знак – из земли взмыло поле ледяных кольев. А я добавила россыпь шаровых молний.
Все утонуло в треске грозовых разрядов. Техника отняла у меня прорву сил, я согнулась пополам и уперлась руками в колени. Перед глазами поплыло.
– Никого не осталось, – заключил Гром. – Но почему подпространство не исчезло и нас не выбросило обратно?
Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, строя догадки. Сетторец не выглядел измотанным, только учащенное дыхание и блеск в глазах выдавали усталость.
Друг от друга нас отвлек грохот. Тела врагов полыхнули, сгорая дотла в считанные мгновения. Алое зарево прокатилось по небу, земля дрогнула – со всех сторон вокруг нас взмыли багровые стены.
Мы оказались заключены в гигантском шестиугольнике. Воздух наполнил сухой жар и треск, словно кто-то зажег огромный костер.
– Что это?! – я отшатнулась и вопросительно посмотрела на Грома. Может, хоть он понимает, что происходит?
– Шестигранная огненная ловушка, – процедил он, с ненавистью оглядывая нашу темницу.
Шесть граней и столько же стен – по количеству мертвых огневиков.
Недолго думая, я собрала в ладонях ярко-голубую сферу и со всей силы шарахнула ею по стене. Она пошла рябью и только, зато меня чуть не снесло отдачей.
– Ваша молния здесь бесполезна, – взгляд Грома бегло исследовал контуры. – Ловушка завязана на смерти, а значит, крайне сильна. Раньше я сталкивался только с четырехгранной.
– Завязана на смерти? Что это значит?
Я пока не знала, но чувствовала, что это что-то очень, очень плохое.
– Огненные заключили договор с богом Смерти, – он вернул самообладание, но сжатые кулаки выдавали тревогу и раздражение. – Когда их убивают в бою, их души идут в жертву богу без шанса на возрождение. За это он обещает уничтожить тех, кто забрал их жизни. Таков обмен.
– Я не согласна! Пусть бог Смерти нами подавится! – вырвалось у меня.
– От ваших эмоций сейчас нет никакого толку, госпожа Мирай, – осадил меня Гром. – Скоро контур начнет сужаться, стенки схлопнутся, превратив нас в горстку пепла. Это при неблагоприятном исходе.
– А что, есть благоприятный? – едко спросила я.
По земле от Грома поползли ручейки льда. Затянули огненные стены, немного охладив знойный воздух.
– Можно попытаться разрушить ее. Наши враги принесли Смерти хорошую жертву. В отличие от нас.
Я непроизвольно попятилась. В глазах Грома снова было столько стали, столько правды и жестокости. Он совершенно безнаказанно может убить меня, принеся еще одну жертву богу Смерти. Снискать его милость и выйти из ловушки живым.
Никто не посмеет его обвинить, ведь он мужественно пытался спасти госпожу Мирай, даже отправился за ней в другое изменение. Но не смог. Так тоже бывает.