Вот только враг успел сориентироваться быстрее, он отпрыгнул в сторону, уходя от запоздалых ударов солдат.
— Разрез, — короткий взмах клинка, и с его меча срывается синий серп энергии в сторону одного из солдат, и тот, попав под технику, мертвым валится на землю.
Я рвусь в его сторону и в прыжке дотягиваюсь до него рукой, на которой заплясали искры молний, от применяемого мной разряда.
Моя рука вцепилась в него, и крохотные разряды молнии начали впиваться в его тело, принося боль и отвлекая.
Я изо всех сил бью мечом, целясь в его подмышку и клинок, со скрежетом впивается в тело врага, преодолевая его доспех.
— Бей, — вырывается из меня крик, обращенный к солдату, в надежде, что тот успеет добить врага. Не тут-то было, воин отмахивается от меня, и его удар то ли локтем, то ли рукоятью меча в лоб отбрасывает меня на землю.
Хорошо тварь меня приложила.
Я мотаю головой и пытаюсь подняться, руки трясутся, но, справившись с собой, я встал, чтобы увидеть, как на земле неподалеку валяется труп противника, а над ним склонился солдат, выдирающий из его груди свой окровавленный меч.
— А-а-а-а, — откуда-то из глубин двора раздался протяжный крик, полный боли и отчаянья, а следом произошел огненный взрыв, из которого вывалился Варфей с по-прежнему активированным панцирем, цвет которого немного померк.
«Значит, он справился со своим противником», — с облегчением подумал я.
Варфей времени не терял, и окинув поле боя взглядом, активировал рывок и буквально снес троих врагов, преграждающих ему путь в нашу сторону, умудрившись каждого из них еще и мечом зацепить, который полыхал ярко-синим цветом.
— Сейчас будет резня, — прошептал я, а губы растянулись в злой ухмылке.
Неожиданно из-за пределов крепости со стороны дороги раздалась серия мощных взрывов, которая потрясла крепость и заставила ее вздрогнуть. У меня земля ушла из-под ног, и я снова упал на твердую землю.
Подскочив с земли, я рванул к открытым воротам, вдалеке на дороге шел бой. Неожиданно место боя озарил синий свет, и спустя секунду в небо взвилась громовая птица.
— Брат, — выдохнул я. Ведь никто иной перевоплотиться или призвать этого элементаля не мог.
Я прячу меч в пространственный артефакт и рвусь в сторону разгорающегося боя на дороге.
В это время элементаль кружит в небе, осыпая кого-то внизу разрядами молний, которые срывались с его крыльев, в ответ в его сторону летели различные заклинания.
— А-а-а-а, — раздался крик элементаля, в котором я узнаю искаженный голос брата. Громовая птица с криком устремляется к земле, я не вижу из-за расстояния, что там происходит, за прошедшее время брат с отцом успели весьма далеко отъехать от крепости. Звуки боя не стихают, а я продолжаю бежать, выжимая из своего тела максимум. Двигаюсь по дороге в полной темноте, иногда запинаясь и падая, вскакиваю и продолжаю движение.
— Убью, — раздается вновь измененный голос брата, слышимый по всей округе, и птица вновь взмывает в небо, но в нее прилетает пара заклинаний, и элементаль кубарем летит с небес на землю.
— Брат, я рядом, я бегу, — шепчу я, пытаясь прибавить темп.
Звуки боя тем временем стихают, а я все спешу. И вот я выбежал на небольшую возвышенность в трехстах метрах от боя, и передо мной открывается ужасная картина.
Дорога вся перепахана от примененных техник и заклинаний, тела чокобо валяются в разных сторонах. Возле одной из птиц лежит изуродованное и разорванное тело отца, я его смог узнать только по обрывкам одежды.
Чуть в стороне стоит десяток воинов с активированными панцирями, в десятке метров от них пятеро разумных склонились над телом брата, а над их головами висят светляки, освещая место боя.
Я уже хотел рвануть к брату, как на мое плечо легла ладонь, а другая зажала мне рот.
— Тише, тише, — услышал я голос Варфея. Он надавил на плечо, заставляя меня присесть.
А тем временем события развивались. Один из магов скастовал заклинание и пустил его в брата, а спустя пару секунд возмущенно заорал:
— Он мертв, Херд ты тупица, на кой ты его темной стрелой приголубил, он уже был наш. Что мы теперь хозяину скажем?
— Да он еще трепыхался, если бы я ударил, он опять молнией кого-нибудь приголубил бы, — со злостью ответил ему другой маг, который был кошколюдом, невысоким и худым, укутанным в балахон.
— Вот так и будешь оправдываться перед хозяином и молить о пощаде, когда он тебя на куски начнет пластать, — со злорадством ответил ему третий маг.
— Я не виноват, — в страхе прошипел кошколюд и прижал уши к голове.
— Он нужен был нам живым, а теперь он мертв. Я, что ли, виноват, или они. — И маг кивнул на своих товарищей. — Твое заклинание было последним, тебе и ответ держать, — рявкнул один из магов, смотрящий на кошколюда с презрением.