— И вот что мне теперь с тобой делать?
«Выкинь в ручей, пусть его рыба сожрет. А потом, как в какой-нибудь сказке, бедный рыбак найдет в ее брюхе кольцо и сделает предложение своей любимой, которая была с ним и в горе и в радости», — рычит демон во мне.
Лягушка, сидящая на берегу и ожидающая солнца, чтобы погреться, поддакивает моей темной половине.
Прекрасно! Теперь я еще и сам с собой разговариваю!
— Ку-ку! — горланит кукушка, соглашаясь.
Так… Пора валить отсюда. А то такими темпами я сам к вечеру буду «ку-ку».
В последний раз бросив взгляд на кольцо, с очередным тяжелым вздохом убираю его обратно в карман ветровки.
«Тряпка», — фыркает демон.
Приказав ему заткнуться, прогулочным шагом возвращаюсь к коттеджу.
Ника вчера весь день со мной не разговаривала. Собрала вещи, заперлась в комнате и легла спать. Я успел съездить за новым телефоном и вернуться, но она так и не проснулась.
Или же просто не выходила из комнаты, не желая меня видеть.
Находиться с ней в одном доме я не мог. Знал — обязательно что-нибудь вытворю. Поэтому после полуночи ушел в лес и просидел там до утра. Счел, что на свежем воздухе в голову придет мысль, как решить нашу проблему.
Но башка как была пустая, так и осталась. И в груди как жгло, так и продолжает жечь.
Легче не стало ни на каплю.
Уже на подходе к дому решаю освежиться прямо в бассейне и, резко свернув, иду на задний двор по дорожке.
Погода «радует» с самого утра: солнце жарит так, будто ливнем накануне и не пахло. Поднявшись к бассейну, щурюсь, словив отражение солнечных зайцев в воде. Они ослепляют меня на несколько мгновений, поэтому Нику, тоже решившую освежиться в бассейне ранним утром, я замечаю не сразу.
— Доброе утро, — произношу грубее, чем планировал.
Рыжая не реагирует, рассекая воду четкими и уверенными (я бы даже сказал злыми) гребками. Купальника на ней нет. Только нижнее белье, которое ничего не скрывает. А я, несмотря на ссору, соскучился: мы почти два дня нормально не разговаривали. И это после того, как целыми днями были вместе! После тотальной гармонии, веселья и приятного времяпрепровождения!
Кто бы мог подумать, правда? А ведь ничего, абсолютно ничего не предвещало.
Зато за два дня я в очередной раз осознал простую истину, которую батя твердил мне с малых лет: инициатива имеет инициативного.
Сидел себе дома, тискал Нику, вот и надо было не рыпаться до самой осени. Потом бы свалили в город вместе, подальше от этого захолустья и будущих родственничков, а там уже бы действовал по обстоятельствам.
Так нет же, поторопился на свою голову!
Хотя, Лола, наверное, и там бы нас достала. Угораздило же учиться с ней в одном универе.
И все равно было бы проще: Алла Сергеевна — тут, мы с Никой — там, уже прошедшие стадию притирки.
Ну, наверное…
Черт! И почему все так сложно?!
— Не против, если я присоединюсь? — Сбрасываю ветровку на шезлонг, предварительно плотно застегнув карманы, и стягиваю с себя футболку.
— Это твой дом, — бросает Ника, спешно вылезая из бассейна, — а я уже закончила. К обеду меня тут не будет.
Что ж, разговаривает — уже хорошо. Я ожидал встретить тотальный игнор.
Рыжая на меня не смотрит. Зато я на нее еще как — не могу оторвать глаз от плавных изгибов женского тела и того, как сексуально она выжимает волосы. Но когда до меня доходит смысл сказанных ею слов, внутри все протестующе сжимается.
Я понимаю, что не могу так — взять и просто отпустить ее. Не могу врубить привычную защитную реакцию рядом с ней. С моим Рыжиком. Она даже демона приручила: как следует психануть или даже просто разозлиться не получается.
Но у всякой медали есть обратная сторона. Неприятная. Потому что отстоять свою правоту и гордость тоже не получается.
Да и не хочется, если честно.
Прямо сейчас я хочу быть счастливым, а не правым, гордым или принципиальным.
И я наконец делаю свой выбор.
— Погоди, — перехватываю Нику за талию у панорамной двери, ведущей в коттедж.
Веснушка не вырывается, но синие глаза топят меня в такой ненависти, что лучше бы она вырывалась или дралась, чем вот это.
Неужели Нике безразлично, что будет с нами? Неужели она готова вот так просто забыть обо всем и уйти, хлопнув дверью? Неужели она слепо доверяет Лоле и не доверяет мне?
Неужели в глазах Ники я хуже сестры?
Утихшая было злость начинает бурлить снова. Она закипает в венах, отравляя мозг, и сдавливает грудак.