Я сглатываю вязкую слюну, которая царапает высохшее горло.
— Олег тоже будет на празднике?
— Да! Представляешь? Девчонки в смене шептались, что он вызвался провести благотворительный концерт сегодня и написал об этом в своих соцсетях. Приглашал всех неравнодушных на концерт и автограф-сессию.
Вот оно что…
Значит, Гром все заранее спланировал. Явно, чтобы лишний раз помозолить мне глаза.
Или я слишком плохо о нем думаю?
— Почему ты не говорила, что вы общаетесь?
Я настораживаюсь. Но, не слыша в голосе Веры даже намека на осуждение, только простой интерес, решаю ответить.
— Потому что мы не общаемся, — цежу сквозь зубы и отвожу взгляд, пытаясь утопить его в морских волнах, будто им по силам забрать все мои переживания и даровать столь необходимую душевную гармонию.
— Ой! Никусь, прости меня, я не знала…
Коллега по-своему интерпретирует мои слова, а я не спешу ее переубеждать. Если начну рассказывать, то до костра мы так и не доберемся. Вся ночь уйдет. А чтобы распутать клубок странных и непонятных даже мне взаимоотношений с Громом, вообще помощь психолога понадобится.
— Блин, жаль, я так хотела с ним познакомиться… — с сожалением тянет Вера.
Я пожимаю плечами.
— Что тебе мешает сделать это без моей помощи?
Девушка вздыхает, накручивая кончик длинной русой косы на палец.
— При таком раскладе я не буду выделяться из толпы его фанаток, а с тобой у меня хотя бы был шанс… — Я хмыкаю и смотрю на коллегу таким взглядом, что она тушуется. — Что?
— Гром никогда и ни с одной из своих фанаток не мутил всерьез. Попользоваться на одну ночь — это да. Так что не питай на его счет ложных надежд и иллюзий.
Возможно, мои слова прозвучали безжалостно и даже жестоко по отношению к чувствам Веры, зато правдиво.
Коллега вдруг разом поникает, опускает глаза и останавливается, ковыряясь носком обуви в песке. Поджимает губы, едва сдерживаясь, чтобы не расплакаться. А меня моментально окатывает чувством вины за то, что я сказала.
Вера всегда меня поддерживала, а я вот чем ей отплатила…
Ничего же не случится, если я разочек воспользуюсь своим положением? Гром, конечно, только обрадуется, что рыбка сама приплыла к нему в руки, но я слиняю так же быстро, как и появлюсь. А моя несостоявшаяся подружка пусть развлекается.
— Извини, — в моем голосе слышится искреннее сожаление. Коснувшись ладонью чужой спины, принимаюсь утешающе поглаживать ее. — Я не хотела тебя обидеть. Просто у нас с Олегом… давние счеты.
— Лучше не спрашивать? — Она выдавливает проницательную улыбку, смаргивая так и не пролившиеся, к счастью, слезы.
— Ага.
— Эх, Ника, тебе бы сблизиться с кем-то по-настоящему, а не отталкивать тех, кто от всего сердца желает помочь. — Вера грустно вздыхает и приобнимает меня за плечи.
Но мне нечего ей на это ответить, ведь я знаю, что никому нельзя доверять. Даже себе. Этот урок я выучила давно.
Не желая развивать скользкую тему, тяну коллегу за собой к костру, чтобы присоединиться к Насте с Ниной. Они стоят у импровизированного прилавка и уже пробуют мед у улыбчивого деда в косоворотке.
— Я познакомлю тебя с Олегом, — произношу как бы невзначай до того, как мы подходим к девушкам.
— Ты серьезно?! — удивляется Вера, да так громко, что на нее оборачиваются несколько человек. И Нина в том числе. — Ты же сказала…
— Забудь, что я сказала, — отмахиваюсь.
— Ника, ты просто прелесть! — Вера бросается мне на шею, заливисто смеясь.
— Тише, а то задушишь. — На моих губах сама собой появляется улыбка, когда я пытаюсь высвободиться из чужих объятий.
— Девочки-красавицы, не желаете ли отведать меда? Домашний! Сам делал! — зазывает нас седой дедок. — Всего глоточек, и не сможете оторваться!
— Себя не похвалишь — никто не похвалит, — тихо цокает Нина, подошедшая к нам поближе.
— Неужели невкусно? — Я вскидываю брови.
— Да вкусно, вкусно, это она опять вредничает, — хихикает Настя. Мед и вправду сделал свое дело — от ее робости не осталось и следа.
— Не налегай на алкоголь. Мед хоть и кажется легким и приятным напитком, но он очень коварен. Никогда не знаешь, когда ударит в голову. — Нина с важным видом поднимает указательный палец вверх и щелкает храбрящуюся трусишку по носу.
Нина старше нас всех лет на пять и наверняка знает об этой жизни чуточку больше. Поэтому мы с Верой прислушиваемся к ее совету и пригубляем мед, делая всего один глоток.
Музыка становится ритмичной. К струнным и духовым инструментам присоединяется бой барабанов. Молодежь, толпившаяся возле прилавка, устремляется к хороводу у костра и вливается в него. Все начинают задорно плясать и напевать незамысловатые мотивы.