Марго снимает перчатку. Берёт меня за руку. Да, за ту самую, за левую. Чувствую тепло её ладони. Очертания тонких пальцев. И форму колец на них.
– Ты не ссыкун, – говорит Марго и гладит мою руку, – главное, что ты справился с этим. Ты не дал переломному моменту погубить тебя.
– А, по-моему, дал.
– Саш, – голос Марго становится строгим, – да, это изменило тебя. Но это нормально. На месте сломанной ветки всегда вырастает новая. А на загубленной ничего не растёт. Никогда.
Марго вздыхает.
– Я хотела бы быть хоть чуточку такой же сильной, как ты. Чтобы и на моей ветке были зелёные побеги.
– Марго, – стараюсь говорить, как можно мягче, – а что стало твоим переломным моментом?
Она задумывается. Не смотрит на меня. Её глаза устремлены в одну точку, а взгляд направлен внутрь. Зрачки подрагивают, будто разглядывая воспоминания, как кинофильм.
Губы Марго приоткрываются.
– Я не хочу говорить об этом, – говорит она и переводит взгляд на меня, – пошли отсюда. Я охренеть, как замёрзла.
Марго убирает термос с чаем. Закидываю сумку с коньками на плечо. И мы уходим в сторону яблочной аллеи.
Марго подносит ключ, и дверь в подъезд открывается.
– Спасибо, что проводил.
– Не за что.
Мы вроде как прощаемся, но что-то удерживает нас от поцелуя, объятья или хотя бы чмока в щёчку. Просто стоим друг напротив друга, не встречаясь взглядом, и не знаем, как прервать неловкую паузу.
– Может, зайдёшь? Поговорим обо всем.
– Да. Давно пора.
У меня сердце сжимается. Возможно, сейчас это всё и закончится.
А хочу ли я этого?
Заходим в подъезд. Поднимаемся на четвёртый этаж – самый оптимальный вариант, чтобы и заходящие жильцы не мешали, и родные Марго не спалили. Встаём около окна. Марго наклоняется, прячет сигареты за батарею.
И снова неловкая пауза.
– Саш, я знаю, что у нас сейчас не всё в порядке, – Марго складывает руки на груди, – но я не хочу, чтобы всё заканчивалось.
– Да? До сегодняшнего вечера я думал, что уже всё закончилось.
– Почему?
– Ты знаешь, по многим причинам, – засовываю замёршие руки в карманы, – мы только и делаем, что ссоримся. На учёбу ты не ходишь, а вне школы мы перестали общаться. Ты что-то всё время скрываешь от меня. И вообще, мне казалось, я хорошо знаю тебя. Но ты совсем другая.
– Ты тоже не такой. Я думала, что ты легкий в общении. Но ты агрессивный и ревнивый. И что?
Хм. Это было неприятно.
– И то. Я устал жить в подвешенном состоянии. Я не уверен в наших отношениях. Устал, что с тобой сегодня одно, завтра другое. Я не уверен, что в нужный момент ты будешь рядом.
– Саш, если меня нет в школе, это не значит, что я не рядом.
– Я не об этом, – отстраняюсь от подоконника, хожу взад-вперёд, – у меня уже было такое. Я встречался с Надей, всё было хорошо. А потом она бросила меня. Знаешь, когда? В тот самый переломный момент. Когда она больше всего была нужна мне. И я…
Марго останавливает меня.
– Послушай. Я понимаю тебя. Да, со мной бывает трудно. Но я не Надя. Я не могу обещать, что мы не расстанемся. Что никогда не сделаю тебе больно. Но если вдруг случится вопрос жизни и смерти – я буду рядом. Если, конечно, тебе это надо будет.
Вздыхаю.
– Иди сюда, – шепчет Марго и притягивает меня к губам.
Этот поцелуй чем-то напоминает наш первый. Такой же робкий. Нежный. Неуверенный. Но такой желанный.
Марго отрывается от губ. Кладёт голову ко мне на плечо. Прижимаю её к себе.
– Саш, – шепчет Марго, – кое-что случилось. Я не хочу беспокоить тебя этим, потому что ещё ничего толком непонятно. Но как только станет ясно, я всё расскажу. Обещаю.
– Это что-то серьезное?
– Да.
Что это может быть? Вдруг она больна? Или болен кто-то из её родителей? А что, если она уезжает в другую страну? Это «кое-что» может означать что угодно.
– Почему ты не можешь рассказать сейчас?
– Просто ты ничем не можешь помочь. А я не хочу всё усложнять.
– Зачем ты тогда говоришь это?
Марго поднимает голову. Смотрит на меня.
– Потому что мне страшно.
Обнимаю её покрепче. Хочу просто быть рядом с ней и поддержать, как могу. Но плохие мысли сами лезут в голову. Насколько это «кое-что» – правда? Откуда мне знать, может, это просто способ вызвать жалость и удержать меня? Я теперь не знаю, во что верить.
– Ладно, прости, – Марго отстраняется и складывает руки на груди, – зря я это сказала. Забей.
– Нет, не забью. Как ты там сказала? Если вдруг случится вопрос жизни и смерти – я буду рядом.
Марго улыбается.
– Всё будет нормально, – дотрагиваюсь до её плеча.
– Надеюсь, – она берёт меня за руку, – ладно, я пойду. Уже пора.