Наверное, нам не стоило пить в тот день. И если бы я знал, как всё обернётся, я бы, возможно, отказался. С другой стороны – если человек ищет повод выпить, он найдёт его в любом случае. А так, хотя бы, это было со мной, с любовью и в безопасности.
Мы не спали всю ночь. Нажрались так, что танцевали по всей квартире голыми. Я не знаю, дело ли в портвейне или в чём-то другом, но атмосфера была настолько душевной, что мы болтали без умолку. И не о какой-то там ерунде. Мы разговаривали о нас, о наших отношениях. И Марго сказала одну фразу, которую я никогда не забуду:
«Если честно, я влюбилась в тебя почти сразу».
Сейчас она, наверное, и не вспомнит, что тогда так сказала. Но ведь сказала же.
А ещё мы говорили о сексе. Долго так, часа три, не меньше. Что, как, где, когда – нравится и не нравится, хотелось бы и не хотелось бы. Разговаривать о сексе было так легко, весело, а главное – приятное. Не меньше, чем заниматься им. В чем мы незамедлительно решили убедиться.
Мне вспоминается кое-что ещё. Как мы засыпали, часов в шесть утра. Марго лежала у меня на груди, гладила мой живот.
«О чём ты думаешь?» – спросил я, почти уснув.
«Я слушаю твоё сердце», – сказала Марго и прикоснулась губами к моей груди. «Иногда, когда мы вот так вот лежим, мне представляется, как этот стук прекращается. Кровь в сосудах останавливается. Твоё тело, которое я так обожаю, перестаёт дышать. Перестаёт жить. И мне становится так страшно. Что рано или поздно, это случится. И я не смогу это изменить».
Я открыл глаза, встретился с ней взглядом. Она усмехнулась и добавила:
«Когда-нибудь ты положишь цветы к памятнику с моим именем и вспомнишь этот момент, когда мы так близки».
Не помню, что я ответил и ответил ли что-нибудь вообще. Я был так пьян, что не воспринял эти слова всерьёз. Да и она была, мягко говоря, не трезвая.
Но я прослушал ещё один звоночек.
Каким же надо быть идиотом, чтобы не насторожиться в тот момент. Чтобы не понять, какой кошмар творится в её голове. Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке, разве не так?
Да что уж сейчас об этом. Никто же не умер. Не знаю, но даже сейчас мне не верится, что Марго может покончить с собой, даже если захочет. Хочу думать, что она выше этого.
Вздыхаю. Как будто мне было мало проблем с Женей.
Минутку. Так это что, было в тот же день? Да, точно. После безумной ночи мы с Марго поняли, что ни о какой школе и речи быть не может. Тогда мы поспали пару часов и отправились к ней домой, чтобы отоспаться и не попасться на глаза моей маме. Да-да-да, значит, это было в тот же день. Я ещё был не в себе, когда пришёл к Жене.
«Да нормально, вроде. Только спать очень сильно хочется, почти всё время. Наверное, это из-за таблеток» – ответила Женя на мой вопрос.
«А у меня для тебя кое-что есть».
Я принес немного вещей из дома. Маленькую подушку, чтобы подкладывать под ногу – Женя говорила, что гипс колит ей пятку. Пару книг – «Мизери» и «Цветы для Элджернона». Ещё кое-чего по мелочи. А главное, красивые салфетки с плюшевыми мишками. С ними тумбочка должна была выглядеть уютней.
«Спасибо», – сказала Женя и крепко обняла меня, – «ты бы знал, как я хочу домой. Здесь такой кошмар. Я вообще не знаю, чем себя занять».
«Ну, ты хотя бы одна. А я лежал с пятью стариками. Благодари Марго за это».
Как же я обалдел, когда Женю только перевели в «папину палату». Всего лишь две койки, обе свободные. Личный холодильник. Телевизор, правда, нерабочий. Туалет рядом, на две палаты. Тут же отдельная ванная комната. БАЛКОН. ЛИЧНЫЙ БАЛКОН. Маленький, но БАЛКОН. Женя им, конечно, не пользовалась, но блин. Роскошно, одним словом.
«Да, спасибо ей», – сказала Женя, но скорее так, из вежливости.
Я был не в настроении. Голова гудела, спать хотелось. Но я всё равно заметил, что с Женей что-то не так. Когда я обычно приходил, она очень много говорила. А тут молчала и вообще особо не шла на разговор. Ну, я и не навязывался.
Всё стало понятно, когда пришла мама.
«Привет, родная моя», – она кинулась обнимать и целовать Женю. Потом заметила меня, поздоровалась и снова переключилась на мою сестру.
«Как ты себя чувствуешь?»
«Да нормально».
«Это хорошо. Я тебе фруктов принесла. Бульон из куриной грудки, как ты просила. Оставлю в холодильнике, на ужин поешь».
«Не надо. Не хочу этот дурацкий бульон» – вдруг сказала Женя. «Хочу что-нибудь нормальное поесть».