Наклоняюсь и крепко обнимаю Марго. Чувствую, как она облегчено выдыхает, уткнувшись мне в шею. Очень хочу, но так и не рискую её поцеловать. Я не знаю, заразен ли мой кашель, лучше перестраховаться.
– Почему ты раньше не сказала? – спрашиваю шёпотом.
– Я думала, что ты не поймёшь, – отвечает она мне так же шёпотом, – потому что никто никогда не понимает. И даже я не исключение. Это как принцип суперпозиции в квантовой механике. Ядро атома, одновременно распавшееся и нераспавшееся.
Я знаю только одно в квантовой механике.
– Как кот Шрёдингера? Живой и мёртвый одновременно.
Марго кивает.
Что за странное ощущение? Внезапно я не просто почувствовал, я вчувствовал её переживания. Я помню себя когда-то таким же – и живым, и мёртвым одновременно. Опускаю взгляд на свой шрам на левой руке.
– Ты ошибаешься, Марго, – слова подбираются сами собой, – я понимаю тебя, как никто другой. Я думал, моя жизнь кончилась, когда мне сломали руку. Я чувствовал, что распадаюсь на кусочки, как кости в моей руке. Мне было больно и обидно. Я жалел себя, я ненавидел себя. Иногда мне хотелось застрелиться, настолько это было невыносимо. И мне было стыдно ещё и за это. Ведь где-то в Африке голодают дети, а я всего лишь сломал руку. Но мне от этого было не легче. Я всё равно страдал, я постоянно прокручивал тот момент в голове и думал, как бы мог всё изменить. Думал, насколько моя жизнь была бы лучше, если бы не эта травма. Насколько я был бы лучше. И мне потребовалось 2 года, чтобы пережить это.
– И что же тебе помогло? Психологи, транквилизаторы, антидепрессанты?
– Нет. Я встретил тебя.
Марго усмехается, но не саркастично, а как-то растеряно. Опускает взгляд.
– Да, я понимаю, как это звучит. Но это правда помогло мне. Благодаря тебе, я перестал чувствовать себя ущербным. Тебе, наверное, смешно…
– Нет. Я понимаю, о чём ты. Я тоже перестала чувствовать себя ущербной… в какой-то степени.
Улыбаюсь.
– Мы хорошо влияем друг на друга, – беру её за руку, – Марго, я хочу быть рядом. Помочь тебе так же, как когда-то ты помогла мне.
Смотрю на Марго. Жду от неё ответа. Замечаю, как её глаза начинают блестеть. Марго поднимает глаза к потолку, быстро-быстро хлопая ресницами. Но всё равно не сдерживает слёзы. Хватаю её и прижимаю к себе. Моё плечо заглушает громкий рёв.
Это первый раз, когда она при мне заплакала.
Марго спит, отвернувшись к стене. Она попросила не прикасаться к ней – сказала, от каждого лишнего движения её начинает мутить. Мне приходится сидеть рядом на неудобном стуле.
Слышу шуршание. Это Больцман. Подхожу к его клетке. Бедняга, про него все забыли. Достаю с полки корм, насыпаю ему. Подливаю воды из бутылки, которая предусмотрительно стоит на подоконнике. Надо не забывать заботиться о Больцмане.
Сажусь обратно на стул. Чем бы себя занять? Не знаю. Спать не получается. В телефоне сидеть не хочется. На фоне телевизор шепчет «Проект Подиум» смешным MTVишным голосом.
Я, конечно, понимал, что у Марго есть какие-то проблемы со здоровьем. Но депрессия или что-то вроде неё? Об этом я бы в жизни не догадался. Это даже как-то странно. Иногда я прикидывал, чем она может болеть. Воображал вплоть до тяжелого или смертельного заболевания. Прям как в фильме. Герои влюбляются друг в друга, а потом – недуг, трагедия… Но в жизни, как обычно. Всё гораздо прозаичнее.
Ну, и что теперь? Что мне теперь делать?
Сегодня лучше её не трогать. Пусть отдохнёт. Придёт врач, тогда понятно будет, как да что. И с завтрашнего дня я буду поднимать её на ноги. Выводить из этого состояния суперпозиции, как она сказала.
Дёргаюсь, когда слышу какие-то звуки. Как будто кто-то прошёл по коридору – но в квартире никого нет. Прислушиваюсь – тишина.
Показалось.
Снова какой-то звук. На этот раз похоже на тихий стон. Марго? Наклоняюсь к ней. Она лежит на спине, голова набок. Тяжело дышит. Из приоткрытых губ снова раздаются постанывания.
– Марго? – дотрагиваюсь до её плеча, – Марго!
Она распахивает глаза, резко отбивает мою руку.
– Не трогай меня! – хрипит она.
– Прости. Мне показалось, что тебе нехорошо.
Она оглядывает комнату, как будто проверяя, есть ли тут кто-то или что-то ещё. Протяжно выдыхает.
– Нет, это ты извини. Мне просто… приснился кошмар. Дай воды, пожалуйста.
Беру с тумбочки стакан и протягиваю его Марго. Она медленно делает пару мелких глотков, боясь, что снова затошнит. Замечаю на её лбу испарину – должно быть, у неё жар.
– Ты как?
Марго вздыхает.
– В говно.
Звонок в дверь.
Допиваю стакан воды, чтобы до конца проглотить таблетки, которые мне выписали. Бегу в коридор. Смотрю в глазок. Заглядываю к Марго в комнату.