Достаю из кармана телефон. Часы показывают полпятого.
Вздыхаю.
Слышу, как в замке входной двери поворачиваются ключи.
А вот и Милка. Наконец-то.
Выхожу в коридор.
– Привет.
Она пробегается по мне взглядом, кивает. Даже не скрывает, что не рада моему присутствию.
– Я сейчас ухожу. Можно тебя на минуту? – понижаю голос до шёпота, – только выйдем на лестницу.
Она закатывает глаза. Достаёт тапки из нижнего ящика стеллажа для обуви.
Мы выходим из квартиры, очень тихо закрыв дверь. Идём к лестнице за лифтом, спускаемся к окну. Встаём друг напротив друга – Милка присаживается на подоконник, а я прислоняюсь к периллам.
– Ну? – она скрещивает руки на груди.
– Ты рассказывала про Марго родителям?
– Пока нет. Папа вчера не ночевал дома.
Странно. Он же главврач, они не дежурят. Ладно, неважно.
– И не рассказывай. Это сейчас ни к чему.
– Это Марго так сказала? – Милка стреляет в меня взглядом, – или это типа ты так решил?
– Мы оба считаем, что не надо вмешивать родителей. Так будет лучше. Марго сейчас в таком состоянии… я думаю, ей нужен покой. Она не готова заниматься этим. Я хочу стабилизировать её, а после убедить обратиться к специалисту. Чтобы она сама к этому пришла, а не тупо засунуть её в какую-нибудь клинику. По-моему, это лучший вариант.
Милка усмехается.
– Она никогда не будет готова. И с чего ты вообще взял, что знаешь, как лучше? Почему ты принимаешь какое-то там решение? Это я её сестра. Я, мама, папа – мы, её семья, знаем, как ей будет лучше. Сколько ты её знаешь? Полгода, год? Мы с ней всю жизнь. А ты никто и звать тебя никак. Может, через месяц-два найдёшь себе другую. Ты же этим сейчас занимаешься? Вот и не лезь.
Она меня уже бесит.
– О чём ты вообще?
– Я слышала ваш разговор с Алисой.
– Какой разговор?
– Не прикидывайся дураком. Ты знаешь, какой.
Твою ма-а-а-ать… Новый год. Дача Влада. Мы с Алисой на кухне. Я так и знал, что это дерьмо мне ещё аукнется! Сука! Милка всё знает! Милка! Это трындец.
Стискиваю зубы, чтобы не палить эмоции. Не позволяю взгляду падать на пол.
Успокойся.
– Э-э-э… напомни. Я правда не понимаю, о чём ты.
– Ха! Ты даже не помнишь, – её интонации становятся ещё резче, – на даче у Влада. Вы стояли на кухне, обсуждали ваш недавний перепихон.
– Ты, видимо, что-то не так поняла.
– Да? А как это можно понять? «Мы были пьяные, давай забудем об этом, бла-бла-бла».
– Ну… да. За несколько дней до этого мы встретились, выпили вместе. Не помню, из-за чего, из-за какой-то мелочи поругались. Сказали друг другу много лишнего. Об этом мы и разговаривали.
Милка смотрит на меня недоверчиво. Но чувствую, что её уверенность пошатнулась.
– А тот поцелуй?
Ну, Алиса!
– Поцелуй? – делаю вид, что вспоминаю, – а, это. Какой же это поцелуй? Дружеский чмок. Ты что, не знаешь Алису? Она всех так целует.
– Громов, я тебе не верю.
Вздыхаю. Делаю вид, типа как она вообще могла подумать о таком.
– Мил, послушай. Я люблю Марго. Так, как никого никогда не любил. Я бы никогда с ней так не поступил. Я бы никогда не стал ей изменять, – показываю ей все десять пальцев, чтобы она видела, что я ничего не скрещиваю, – клянусь, я не изменял твоей сестре. Клянусь, я не изменял Марго. Между мной и Алисой ничего никогда не было.
Милка смотрит на меня и, вроде, начинает верить. Хочется скрестить пальцы на ноге, но она может заметить – тапочки открытые.
Ты будешь гореть в аду. Или что там полагается за ложные клятвы.
Ой, да заткнись.
– Надеюсь, с этим мы разобрались, – складываю руки на груди, – так вот. Я не прошу тебя помогать мне. Но хотя бы не мешай. Не говори родителям. Если ты правда так хорошо знаешь Марго, ты знаешь, что она этого не хочет.
Милка мнётся.
– Блин, да делайте, что хотите! Но если что-то пойдёт не так – я тут же всё расскажу. Ты понял?
– Не пойдёт. Я не позволю.
Она никак не реагирует на мои слова. Поднимается по лестнице к квартире.
– Мне пора. Скоро твой отец придёт.
Марго обнимает меня за шею крепко-крепко. Сердце кровью обливается, как представляю, что надо оставить её одну.
– Завтра увидимся, – целую её в голову, – звони, если что. Обязательно.
– Хорошо, – ей приходится отпустить меня.
– На ночь таблетку.
Она кивает.
– Я помню.
Открываю входную дверь. Бросаю последний взгляд на Марго. Она тоже смотрит на меня. Не отрываю глаз до самого лифта.
– До завтра! – кричу, зайдя в кабину.