– Ты сейчас с ними обеими, что ли?
– Ну, как бы да. Не говори, я знаю, как это по-уродски. Особенно мне стыдно перед Машей. Ну, знаешь, в каждом любовном треугольнике есть тупой угол. И мне стыдно, что она оказалась им. Поэтому я хочу прекратить это. Но… я не знаю, как.
Он зажжёвывает сразу несколько долек апельсина.
– С Машей у нас хорошие, приятные отношения, – продолжает он, – мне кажется, она влюблена в меня по уши, тем более, я был у неё первым. А Алиса… она сейчас раздавлена, ей нужна поддержка. Да, у нас всё сложно, но она мне близкий человек. И я испытываю к ней… что-то вроде слабости. Из-за этой слабости, в общем-то, всё и пошло к чёрту, но блин. Короче, я хочу всё это прекратить. Но я не хочу никому причинять боль. А без этого невозможно.
Вздыхаю. А что, если бы Влад знал, что Алиса сначала побежала ко мне? И что мы переспали? Только она, видимо, поняла, что я не её тип, и тогда уже переключилась на Влада. Если бы он знал, стало бы ему проще сделать выбор?
Но я, конечно, не могу ему это рассказать.
– Не знаю, что тебе посоветовать.
– Я знаю. Мне и не надо советов. Просто поделился с другом. Именно с другом, – он усмехается, – не с Марго же мне это обсуждать. Без обид, но она же сразу начнёт вопить: «Алиса тобой пользуется! Бросай её и не раздумывай!»
Смеюсь вместе с Владом, но так, не очень искренне. Ох, Влад, ты не представляешь, насколько Марго права. Я почти уверен, что Алисе неважно, будешь ли с ней ты или кто-то другой. Главное, чтобы кто-нибудь.
– Я понимаю, Марго считает, что Алиса – манипулятор. Но, честно говоря, я думаю, Марго слишком хорошего мнения о ней. Я почти уверен, что Алиса искренне верит в каждую свою новую влюбленность. И ей страшно быть одной. Как и всем нам.
– Да. Возможно, – пробую чай, он вроде уже остыл, – и давно у вас это тянется?
– С января где-то.
Усмехаюсь.
– Ну, то есть ты не особо торопишься решить эту проблему? Я так понимаю.
– Дык, я ж тебе говорю. Я хочу это решить, но не хочу ни одну из них отталкивать. Потому что они обе хорошие, и не заслужили этой боли. И именно в данный момент.
– Но… ты же спишь с ними обеими?
Влад смотрит на меня, прищурившись.
– Ну, предположим. К чему ты это клонишь? Нет уж, говори. Сказал «А», давай и «Б». Давай-давай, Санчо.
Ой, блин. Такое чувство, что если я скажу сейчас что-то не так, то у меня фингал будет и под вторым глазам. Отставляю кружку в сторону на всякий случай.
– Влад, я не хочу тебя обидеть. И говорю тебе это, как друг. По-моему, ты беспокоишься не о них, а о себе. Мне кажется, тебе вся эта ситуация удобна. Ну, как бы… давай я прямо скажу, ты трахаешься с ними обеими. Если бы ты действительно беспокоился об их чувствах, ты бы не делал этого. Ты думаешь только о себе, о том, как это по тебе ударит.
– Да нахрен мне это надо? – он немного повышает голос, – я так задолбался от этого! Ты не представляешь, как это выматывает, то с одной, то с другой. Сознательно я бы никогда себя не поставил в такое положение.
– Ты же сам сказал про русалок. Ты сам подумай. Я вот как это вижу: с Орловой тебе хорошо, но, как ты сказал, ты у неё первый, она неопытная; а с Алисой тебе, может, и не очень, но зато она даёт, сосёт… ну, я не знаю, – тут я понимаю, что чуть не спалился, насколько я прекрасно знаю, как хороша Алиса, – короче, удовлетворяет тебя по полной. Ну, и выходит, вот твоя выгода. Получается, что ты боишься потерять не только что-то из этого, но и то, и другое вместе. Без обид, это просто моё мнение.
Я не узнаю Влада. Он как-то потерялся. Сидит в кресле, опустив взгляд в пол. Мнётся, не знает, что ответить. От его самоуверенности уверенность пропала, и остался только он сам. Вот такой, какой он есть.
– Нет, ну я согласен, что в горизонтальном плане Алиса лучше Маши… но я как бы… не рассматривал это с такого ракурса.
Влад замолкает. Глупо было бы это отрицать. Я рад, что он хотя бы честен и со мной, с собой.
– Слушай, ну у меня никогда не было проблем с девушками, – Влад закрывается, положив ногу на ногу, – я никогда не был обделен женской лаской. В этом неувязочка. Зачем мне тогда такие проблемы, если я просто могу найти вообще любую другую?
Пожимаю плечами.
– Я не знаю. Тебе виднее.
Может, он вовсе не такой уверенный, каким хочет казаться. И у него тоже есть проблемы, чтобы начать с кем-то встречаться. А может, та история с горничной вообще выдуманная, и его первая девушка – это Алиса. Хрен знает, как оно на самом деле, он же не скажет.
– Прости, если я тебя задел.
– Да не, не, – он принимает свою обычную позу, широко расставив ноги, выпрямив спину, – ты дал мне пищу для размышлений.