– Подожди, о чём ты?
– Я сейчас на таблетках, несовместимых с беременностью. Он обречён. Как минимум, это инвалид. Как максимум… Я вообще не понимаю, как у меня ещё не случился выкидыш, как он выжил.
Значит, выбор ещё более очевиден.
– Да, надо…
–… рожать, – договаривает она за меня.
Чего??? Марго, ты в своём уме?
– Нет, Марго. Ребёнок нам сейчас совсем не нужен. Тем более, инвалид. Нам едва на нас денег хватает. Я даже толком не работаю. Если я не пойду в универ, а пойду на полный день, меня заберут в армию. В армии я никак не смогу помочь. К тому же, ты потеряешь свою олимпиаду и пролетишь с универом. Потом ты не поступишь со своим русским. И что, мы будем работать до конца жизни кассирами, бариста и официантами? С инвалидом на шее? Нет, тут даже думать нечего.
– Нет, я ни за что не сделаю аборт.
– Почему?
– Из принципа.
– Это не ответ.
– Я не помню, говорила я тебе или нет. Понимаешь, моя мать же собиралась, она даже легла в клинику. Но передумала и сбежала. Родилась я. Поэтому я не могу так поступить, понимаешь? Я всегда знала, что не сделаю этого. Я не имею права. К тому же… я не нагуляла его непонятно от кого. Это твой ребёнок. Наш. А что, если после аборта будут осложнения и я больше не смогу иметь детей? Ты подумал об этом?
Похоже, у неё очень сильно играют гормоны и бушует материнский инстинкт. Хорошо, что я могу оставаться с холодным рассудком.
– Марго, я даже не буду аргументировать, почему мы сделаем аборт. Ты сама всё прекрасно понимаешь, – беру её за руку. – Дорогая моя, это не ребёнок. Это всего лишь несколько клеток. Я могу отойти на минуту и принести тебе ещё тысячу таких же. Тебе же не будет их жалко? И ты же не жалеешь ту клетку, которая покидает тебя каждый месяц? Вот именно. Ты сама сказала, что он обречён. Нам повезло, что не произошло выкидыша. Иначе всё было бы гораздо тяжелее, – подсаживаюсь к ней ближе, крепко обнимаю. – Не волнуйся, всё будет хорошо. Нет ничего страшного. Срок маленький, у тебя здоровый молодой организм. Всё должно пройти без осложнений. Я буду с тобой. Я всё организую. Мы справимся с этим. А когда придёт время, мы сделаем настоящего ребёнка. Когда мы сами это захотим. Согласна?
Она отстраняется от меня.
– Нет. С тобой или без тебя – я буду рожать.
В голове нет других слов, кроме матерных.
– А я тоже из принципа хочу, чтобы ты сделала аборт.
– И давно у тебя такие принципы? Я что-то не припомню.
– Помнишь, я обещал тебе рассказал кое-что, когда придёт время? Так вот. Видимо, оно пришло, – набираю воздуха в грудь, – оказывается, и у моей семьи есть скелеты в шкафу.
Как ни странно, Марго внимательно слушает меня.
– Накануне отъезда папы у меня был с ним разговор. Я его спрашивал, почему он опять уезжает, хотя никуда не собирался. Он сказал, что у него есть обязательства, ему нужны деньги. Я его припёр. И он мне всё рассказал. Короче, у моего отца есть другие дети.
– Чего?
– Да. У меня есть старшая сестра. Её зовут Жанна. Я встретился с ней, когда тебя не было.
– И как?
– Было ужасно неловко. Ей под тридцать лет, где-то двадцать семь. Она юрист, работает в какой-то крупной компании. Она про нас всех знает, потому что заведует папиными делами, в том числе наследством. Она капец, как на него похожа. Глаза такие же, родинка на левой щеке, улыбка.
– Ты мне как будто лапшу на уши вешаешь.
– Нет, это правда. Папа сказал, что не познакомил с ней, потому что у них были сложные отношения, когда она была подростком. И вообще, я всегда думал, что я папин любимчик, потому что первенец и всё-такое. Но, похоже, Жанку он любит больше.
Марго приобняла меня за плечи.
– Я думаю, он всех вас любит одинаково сильно, – она гладит мои волосы, – и я не вижу в этом проблемы.
– Да, проблема не в этом. Проблема в том, что у меня ещё есть и младшая сестра.
– Младшая?..
Киваю.
Марго прыскает от смеха. Пытается сдержаться, но у неё не получается.
– Извини. Это не смешно. Извини.
– Что?
– Ну, просто… ему вас троих было мало?
– Про это он уже не стал рассказывать. Сказал только, что ей 8 лет. Она со своей матерью живёт в Москве, он им снимает квартиру. И у нас у всех его отчество и фамилия. Вот.
Вздыхаю.
– Он же сейчас снова в рейс уехал. И наверняка уже нашёл новую девицу.
– Не исключено, – Марго гладит моё плечо.
– Это самое мерзкое.
– Саш, ты правда думал, что взрослый мужчина десятками лет живёт без секса по полгода?