Но придётся сидеть до конца, потому что это не кино. Это моя гребанная жизнь.
– Да, я дура, – доносится до меня.
Марго, почему я так люблю тебя? Может, у меня тоже поехала крыша? Раз я готов принять любое твоё решение.
Она вешает трубку.
– Я довела её до белого каления, – Марго отпивает чай.
– Я так и понял.
– Что ты вообще думаешь?
– Я не знаю. У нас ещё есть время подумать. Давай им воспользуемся.
Марго кивает, вздохнув. Кажется, мы оба не так представляли исход этого посещения доктора. Должно было стать всё яснее, а стало только запутаннее.
– Твоя мама сегодня дома?
– Да, а что?
Кажется, я знаю, к чему она ведёт.
– Надо сказать ей.
– Может, не надо?
– Как это не надо? Твоя мама тоже должна участвовать. Как минимум, финансово. Ты об этом не подумал?
Вздыхаю.
– Да, ты права. Просто мы с мамой даже о девушках не говорили, не то, чтобы о сексе. А тут такое.
– Это не аргумент, чтобы мне одной отдуваться.
Марго злится. Снова. Она вообще весь день сердиться, как будто на меня.
– Ты злишься?
– Я не хочу разговаривать, – она встаёт и уходит по направлению к туалету.
– Мам, мы хотим тебе сказать…
– Я беременна, – перебивает меня Марго.
– Беременна?.. – только переспрашивает моя мама.
Мы киваем.
Она встаёт, начинает мыть посуду.
– А вы точно уверены?
– Да, – отвечаем мы вместе, а я продолжаю, – мы сегодня были у врача, всё подтвердилось.
– И что вы собираетесь делать?
– Мы не знаем, – отвечает Марго.
Мама вздыхает.
– Марго, дай телефон твоей мамы, пожалуйста.
Мы остаёмся на кухне, когда мама уходит, чтобы позвонить Зое Юрьевне. Похоже, она не хотела, чтобы мы подслушивали. Жаль, что они познакомятся при таких обстоятельствах. О чём они будут говорить? Зоя Юрьевна так и будет продавливать, чтобы Марго сделала аборт. А что думает моя мама? Она даже толком ничего не сказала.
– Мне это не нравится, – говорит Марго минут через двадцать, – они сейчас будут решать за нас.
– А мы что решили?
– Чтобы мы не решили, это должен быть наш выбор, а не их.
– Согласен.
Марго встаёт из-за стола. Иду за ней.
Её уверенность заканчивается в коридоре. Она не решается зайти в спальню, чтобы перебить мою маму. Что ж, тогда это сделаю я.
Захожу в спальню. Мама тут же обращает на меня внимание.
– Зоя, давайте лучше лично встретимся, и всё обсудим. А то у меня тут уже Саша под боком. Хорошо. На связи.
Она вешает трубку.
– О чём вы разговаривали? – спрашиваю я.
– О вашей ситуации. Только не эмоционируй, пожалуйста. Мы теперь все на нервах. Пойдёмте лучше на кухню, попьём чай.
Разговор с мамой оказывается довольно долгим. Мы выпиваем несколько кружек чая, за это время Марго пару раз отлучается в туалет. Мне хочется уйти к себе в комнату. Не потому, что мне стыдно или ещё что-то, а потому что я уже устал, а разговор никуда не сдвигается. Всё это мы обсуждали с Марго ещё в первый день. И аргументы за, и аргументы против.
Единственное, что меня радует – мама реагирует нормально. Она всё ещё в шоке, но хотя бы не встаёт в категоричную позицию, как Зоя Юрьевна.
– Что бы вы не решили, я вас поддержу, – подытоживает мама, – но лучше, конечно, если вы взвесите всё.
Я обнимаю маму. А она впервые обнимает Марго.
– Ничего, – говорит она, – прорвёмся.
– Спасибо вам, – отвечает Марго.
2.
17:13. 2 апреля, вторник.
+5 с. Пасмурно.
Движение на дорогах затруднено.
Счётчик идёт – у нас есть где-то 5 недель, чтобы принять решение. Пока не стало слишком поздно.
Ну, где же она? Вроде бы в пять должна была освободиться. Она задерживается. Что-то случилось? Ей могло стать плохо?
Нет, скорее, она просто задерживается.
Начинаю новый круг по Чистопрудному бульвару. Я бы сел на скамейку, но ещё слишком холодно. Вот и приходится ходить туда-сюда. Как будто я патрулирую улицу.
– Алло? – ускоряю шаг в обратную сторону.
– Я закончила.
– Сейчас подойду.
Мы встречаемся в начале бульвара, около памятника Грибоедова. Здесь лучше, чем около метро, нет этих вездесущих палаток с едой, дисками, салонами связи. Хотя бы можно нормально поговорить.
– Скамейки холодные, да? – спрашивает Марго.
Киваю.
Мы встаём около одного из фонарей. Она достаёт пачку красных «Marlboro», вытаскивает зубами сигарету. Уже хочет закурить, но вдруг убирает её обратно в пачку, опомнившись.
– Ну, как всё прошло?
– Нормально, – Марго складывает руки на груди, – мы всё обсудили. Она мне даже дала несколько упражнений. Мы определяли мою иерархию ценностей, чтобы мне легче было принять решение.