– Блин, шестой урок заканчивается только в два. Ну, ладно. Я буду стараться доходить до дома быстрее.
– Хорошо. Чем сегодня займёшься?
– Ничем интересным. Мне надо сделать домашку, подготовиться к завтрашнему тренировочному ЕГЭ по русскому.
– Ой, как хорошо, что меня там нет.
– Даже если выиграешь, тебе всё равно надо будет сдавать русский.
– Да я знаю, знаю, – Марго вздыхает, – ну что? Давай, не буду отвлекать.
– Ты меня никогда не отвлекаешь.
– Хах, но нам надо заниматься своими делами. И тебе, и мне. Мы скоро обедать… вернее, ужинать пойдем. Да и роуминг, не забывай.
– Я понимаю. Давай тогда. Но будем на связи.
– Конечно.
– Я тебе ещё напишу смс перед твоим сном.
– Хорошо. Пока.
– Пока.
Вешаю трубку.
– Алло?
– Привет, – отвечает Марго, зевая, – рада тебя слышать.
Она произносит это с улыбкой.
– Как прошёл твой день? – тоже улыбаюсь.
– Неплохо. Сначала было уныло и скучно. Ну, ты сам понимаешь, как проходят эти мероприятия. Мне пришлось с собой школьную форму взять, чтобы соответствовать пафосу. Потом нас отпустили. Мы с мамой немного погуляли по городу. Я попробовала… как это называется… на букву «Б» как-то. Короче, пирожок такой, с капустой и со специями. Довольно вкусно.
– Не знаю такой.
– Ну, погуглишь потом. Что тут во Владивостоке едят. Меня ещё удивляет – все на меня смотрят постоянно, продавцы часто говорят: «О, москвичи». Как они, сука, понимают? Так бесит.
– Говорят, у нас какой-то говор особенный. Мы акаем и растягиваем слова.
– Но они понимают ещё до того, как я заговариваю.
– Тогда не знаю.
– Ты сейчас где?
– Я только домой пришёл – сразу тебе позвонил. День прошёл ну так… ничего особенного. Тренировочную написал. Мне кажется, что должно быть больше 90 баллов. Сегодня за выпускные альбомы деньги собирали. Я отдал и за твой, и за мой.
– Я тебе отдам.
– Зачем? Это же из наших. Я зарабатываю специально для таких трат.
– Хорошо, – она явно смутилась, – мне как-то неудобно.
– Ну, привыкай.
Марго снова зевает.
– Давай закругляться. А то я со вчерашнего дня вообще никакая. А завтра рано вставать…
– Как ты себя чувствуешь? Ну… в этом смысле?
– В смысле, как беременная? Трудно сказать. Меня и в прошлый раз крутило после полётов. Поэтому я не знаю, что с чем связанно. Но в целом – нормально. Жить можно.
– Хорошо. А то я переживаю, как ты там.
Она вздыхает.
– Почти 9 неделя, – Марго начинает шептать, – ты бы видел мой живот, он уже начал округляться. Мне приходится носить мешковатую одежду, твою толстовку. У меня дурацкое ощущение, что моё тело живёт само по себе. И что оно не принадлежит мне. Побыстрее бы это закончилось.
– Понимаю. Старайся думать об олимпиаде, а не об этом.
– Угу.
– Я с тобой.
– Я тоже. Созвонимся завтра.
– Спокойных снов.
– Спокойных. Целую и обнимаю.
– И я тебя, – отвечаю.
Марго вешает трубку.
– Алло?
Марго берёт трубку не сразу.
– Привет.
– Ты не спишь ещё?
– Нет, я ждала твоего звонка.
– Извини, задержался немного в школе. Эта разница во времени меня убивает. Я понимаю, что ты не можешь ложиться позже. Но я едва успеваю. Сейчас сижу на качелях во дворе, недалеко от школы.
– Ты не простудишься? Сидеть на улице.
– Мне не холодно.
– Ну смотри.
– Слушай, я тебе сейчас такое расскажу! Ты же знала, что Алекс сейчас встречается с каким-то парнем?
– Ну, да. Он мне говорил. А что?
– Он рассказал Владу.
– Да ладно? Как?
– Да там такая ситуация тупая произошла. Мы сидели на перемене, у нас были кофейные сплетни, как обычно. Зашла каким-то боком речь про геев. Ну, Влад, как всегда, такой: «Я не гомофоб, я вообще не против гомоссеков, пусть делают, что хотят, но где-нибудь у себя на острове». Ира с ним сцепилась, потом такая, мол, «ты бы и меня сослал на остров?». Влад её говорит: «Да не, тебя бы не стал, ты же девушка, это другое». И тут Алекс, – он, видимо, на свой счёт принял, – говорит: «А меня бы сослал?». И они смотрят друг на друга. Влад вроде и врубился, но не хочет в это верить. И Алекс такой: «Да, я щас с парнем встречаюсь». И всё. Влада разорвало. Нет, он не кричал, ничего. Он просто сидел. И у него на лице одновременно и такая злость, и такая грусть. Он же понял, что мы все знаем. Короче, похоже, его ударило, что Алекс, такой хороший друг, сказал ему в последнюю очередь.
– И что? Они прям поругались?
– Да не, Влад встал и ушёл. И не говорил до конца дня. Но они попрощались, руки пожали. Всё хорошо.
– А, ну понятно. Влад теперь отходить ещё будет неделю.
– Хах, это точно. Ну, а у тебя как дела?