Она отклоняет шарик на пару сантиметров и запускает секундомер. Через двадцать девять колебаний останавливает время. Странно, должно же было быть тридцать. Ладно, она лучше знает.
– Запиши: тридцать четыре и восемь сотых секунды.
Усмехаюсь, пишу число в таблицу.
– Чего ты ухмыляешься?
– Теперь понимаю, почему ты так уверена в своих силах на олимпиаде по физике.
Проделываем опыт ещё четыре раза. Затем Марго снова откручивает винтик, устанавливает маятник повыше – так надо по условию эксперимента. Дотрагиваюсь до её запястья, помогаю закрепить штатив.
– Знаешь, красивей твоих пальцев я ещё ни у кого не видел.
Маленькая усмешка в уголке губ.
– Ты пытаешься закадрить меня?
– Пытаюсь? Нет, уже закадрил.
Она закусывает губу, чтобы не засмеяться, толкает меня ногой под партой. С трудом подавляю смешок.
Зинаида Васильевна отрывается от журнала, смотрит на нас.
– Громов, Николаева, вы уже закончили? Какие у вас результаты?
– Мы только…
Марго перебивает меня.
– По нашим результатам ускорение свободного падения девять и девять десятых метра на секунду квадратную, плюс-минус общая ошибка – одна десятая.
Смотрю на Марго большими глазами. Мы же даже не начали делать второе условие, не говоря уже о том, чтобы посчитать конечный результат и погрешность. Она просто сказала наобум, не подумав, что Зинаида Васильевна может попросить показать вычисления.
– Какие у вас средние показатели?
Марго наклоняется к листочку. Диктует цифры, которые на половину то, что мы получили, на половину, видать, из её головы. Зинаида Васильевна записывает их, достает калькулятор.
Это жесть. Сейчас она посчитает, и, если не повезёт – у нас будут проблемы. И ладно, если просто ответ не совпадет. Она же попросит показать, как мы считали, а у нас-то ничего нет. И тогда Зинаида Васильевна поймет, что Марго обманула её. И вот это уже будет полная жесть.
Толстые пальцы физички тыкают кнопки калькулятора с таким нажимом, будто чем сильнее нажимать, тем точнее будет результат. Чувствую, как по виску катится капля пота. Во рту пересохло. И, кажется, я забыл, как дышать.
Зинаида Васильевна последний раз нажимает на кнопку.
– Верно. Что ж, хорошо. Тогда сидите тихо и не мешайте остальным.
Она снова утыкается в свои бумаги.
Облегчённо вздыхаю. Смотрю на Марго – она улыбается, записывает числа в таблицу.
– На этот раз нам повезло, но больше так не делай.
– Повезло? – Марго фыркает, – я посчитала это.
– Как ты сделала это без калькулятора и данных?
– Дело в том, – Марго наклоняется к моему уху, – что в детстве мне в мозг установили микрочип, и с тех пор я могу рассчитать всё, что угодно.
– Чего-о?
Марго смеется.
– Шучу. Ты что, поверил? Я просто ответы загуглила.
– А, понятно.
Замечаю, что телефона на парте нет, а в карманах Марго его не носит. Странно, а как же она загуглила? И когда?
Мы спускаемся по лестнице.
– Марго, ты не могла бы расписаться вместо моей мамы?
Протягиваю ей дневник. Она пробегается глазами по оценкам.
Чувствую, как на меня наваливается рука. Узнаю эти часы. Влад встревает между мной и Марго, облокачиваясь на наши плечи. Так и хочется переломать ему кости, чтобы не трогал мою девушку.
– Марго, пойдем покурим, а? – Влад заглядывает в мой дневник, прицыкивая, – Санчо-Санчо, сколько двоек понахватал, ай-яй-яй.
Схватить бы его за шкирку и спустить с этой лестницы.
– Лучше попроси Иру, – Марго отдает мне дневник, – у нее хорошо получается подделывать подписи.
– Что, Санчо, боишься, что мамка по голове настучит?
Надоело. Спихиваю руку Влада с плеча.
– Воу-воу, – он хватается за мой воротник, не отстает, – у тебя какие-то проблемы, Санчо?
Марго встает между нами, расталкивая в стороны.
– Влад, я курить. Ты со мной?
– Конечно.
Они спускаются к двери, выходящей на задний двор школы. Влад посылает мне воздушный поцелуй, подмигивая. Ну, уж нет, вдвоем я их не оставлю.
– Что, Санчо, тоже воздухом решил подышать?
Влад достает из кармана связку ключей с брелоком в виде сисястой бабы. Подбирает один из них и открывает дверь.
Опаздываем на русский язык. К Ильичке.
– Здравствуйте, Ирина Ильинична, можно войти?
Она смотрит на часы. Затем на нас.
– Громов, Николаева. Потрудитесь объяснить, почему вы приходите позже звонка на семь минут.
Влад высовывается из-за наших спин. Прокашливается. От него несет табаком.