Смотрит она на меня пристально, потому что мы знакомы слишком мало и от меня, всё ещё, по её мнению, следует ожидать какого-нибудь говна.
В общем, довольно приятная взгляду женщина, не заёбанная почти непрерывной работой на рисовом поле и имеющая какую-то загадочную историю в прошлом. Просто так люди жить в болота не уходят — это точно…
К вечеру я уже начал собирать новую печь, но затем стемнело и я был вынужден прекратить работу.
— Объясни мне, — попросила женщина, накладывая мне похлёбку из лягушачьих лапок. — Что ты делаешь?
— Ну… — почесал я затылок. — Проблема твоей печи — в ней не было тяги, поэтому тебе пришлось ждать, пока дрова прогорят и перестанут дымить. Ну и дымоход у тебя был прямой, выпускающий дым горячим.
— Я сложила над дымоходом слой листвы… — начала Янмей.
— И этого недостаточно, — перебил я её. — Ты дослушай — сама попросила объяснить.
— Хорошо, — кивнула женщина.
— В новой печи дым сначала будет идти по подземному каналу, — продолжил я. — Это нужно для того, чтобы он остыл. Затем он поднимется по вертикальной шахте, в которой я сделаю удобные щели для размещения слоёв из веток — они будут рассеивать дым и не дадут подняться видимому облаку. А самым верхним слоем будет свежий мох, смоченный водой — он не только примет на себя сажу и окончательно охладит дым, но ещё и нейтрализует запах гари.
— Это точно будет работать? — скептическим тоном спросила Янмей.
— Гораздо лучше, чем та ерунда, которую построила ты, — улыбнулся я. — Без обид.
— Мне почти не обидно, — ответила на это женщина и, впервые за всё время нашего знакомства, улыбнулась.
— Где мне можно поставить мою раскривушку? — спросил я.
— Что поставить? — нахмурилась Янмей.
— Вот эту штуку, — указал я на сложенную раскладушку. — Это моё спальное место.
Встаю из-за столика и демонстрирую, как работает моё ноу-хау. Три движения и кровать готова.
— Раскладная кровать? — спросила женщина. — Вон там — подальше от меня.
— Отлично, — улыбнулся я и перенёс раскладушку ко входу.
Возвращаюсь за столик — сажусь на циновку и продолжаю есть лягушатину.
После ужина ложусь на свою раскладушку и начинаю засыпать. У меня это быстро — только глаза закрыть…
Просыпаюсь посреди ночи от того, что кто-то залезает на меня.
Открываю глаза и вижу голую Янмей.
— А в кафе или в кино сводить? — спросил я её.
— У меня слишком давно не было мужчины, — ответила она, проигнорировав мой вопрос.
— А-а-а, так бы сразу и сказала, — усмехнулся я и взялся за её горячие ягодицы.
Глава восемнадцатая
Ливинг ин э свамп, ю доунт риск бин хит бай э вейв
*429-й день юся, провинция Шугуан, убежище знахарки Янмей*
— Где-нибудь на болоте растёт трава бледного сна? — спросил я, измельчая в ступке каменную соль лунного истока.
У меня в наборе эликсиров юного юся обнаружилась просрочка — где-то напортачил и эликсир «Ночного дозора» слишком рано испортился, примерно месяца на три.
Хорошо, что я решил провести ревизию своего ассортимента и понюхал каждый флакон!
А то бы вдруг срочно потребовалось заставить свой пот испускать флюоресцентный свет, а у меня нет «Ночного дозора».
На самом деле, это сомнительная штука, но незаменимая в случаях, когда у тебя нет с собой источника огня или огонь разжигать нельзя, но свет очень нужен. Ну, например, в подводной пещере, в которую ты полез в поисках кикиморы или охуевшего инлуна, скрывающегося от правосудия в естественной среде обитания.
Что делать под водой? Нихрена ведь не увидишь и обострённое зрение юся с этим поможет не сильно, но тут в дело вступает «Ночной дозор» — флюоресценция от собственного пота даёт слабый свет, которого за глаза хватит моему обострённому зрению.
И никто не знает, что и когда понадобится. Поэтому-то я и держу весь набор эликсиров в свежести и боевой готовности.
— На северо-западе, примерно в десяти ли, — ответила знахарка Янмей.
Я расспросил её о причинах бегства на болота, а она рассказала. История оказалась небанальной и совсем не той, которую я ожидал услышать: власти провинции ищут всех практиков энергии Ци и зовут их во дворец вана Янь Чжэна. После визита в его дворец практиков больше никто не видел и это насторожило знахарку.
А потом, когда дураков идти к вану не осталось, солдаты начали хватать практиков прямо в их домах и, при оказании сопротивления, убивать их.
Янмей съебалась из своего уездного города ещё на этапе, когда практики перестали возвращаться из столичного дворца вана. Лучше места, чем обширные восточные болота, она не нашла и, раз её ещё не нашли, это было верное решение.