Квартальных судей раньше было много, кварталов-то было дохуя, но сейчас их численность здорово сократилась, поэтому пост судьи Си стал очень значимым.
Но этот мужичок до усрачки боится меня — он смотрит на мои действия с широко закрытыми глазами и делает то, что я ему скажу.
Только вот мне этого мало — мне нужна и судебная власть, чтобы получить диктаторские полномочия и сделать всё так, как надо. Без ёбаных промедлений, без злоебучей неэффективности некомпетентных людей, с которыми приходится общаться — так, как я скажу. Ради высшей цели.
«Начинаю понимать, почему наши чинуши маялись хуйнёй, а не делали свою работу», — подумал я. — «У них тупо нет цели. Самоцелью у них являются деньги и посты. Но посты конечны, а к деньгам очень быстро привыкаешь, поэтому их получение, рано или поздно, скорее, рано, чем поздно, приедается. А власть без цели — это пиздец».
— И, наконец-то, отчёт по воде… — пробормотал я, берясь за следующий документ.
Косвенным признаком успеха водной программы является практически полная победа над мором второго типа. Грунтовые воды загрязнены, это факт, но большая часть города пьёт артезианскую воду.
Всего, за прошедшее время, пробурены 1864 скважины — этого хватает впритык. Норма выдачи — 35 литров в сутки на человека. Этого вполне хватает на бытовые потребности.
Бурение продолжается непрерывно, ведь целевым показателем является обеспечение 100 литров в сутки на каждого гражданина.
Увеличение размеров скважин погоды не делает, Маркус как-то пытался, но добился профицита в 6500–6600 литров в час, против 6000 литров в час от стандартной скважины, а усилий приложил втрое больше.
Единственный рабочий вариант, который мы сразу и выбрали — тупо бурить больше скважин.
Время пройдёт, и потребность населения в воде будет удовлетворена полностью, вплоть до водяного изобилия.
Помимо тупого бурения большого количества скважин, непрерывно строятся цистерны для хранения воды — они нужны для снабжения водой типового жилья. В этих домах, к сожалению, нормирования воды не установить — люди, конечно, пользуются водой очень бережно, помня былые времена, но в типовых многоэтажках наблюдается стабильный повышенный расход.
Есть ещё один вариант, как увеличить профицит скважин — применять практиков стихии Воды или городить конструкцию на основе духов или паровых двигателей.
Сара проводила эксперимент с практиками стихии Воды — они, в моменте, добивались профицита в 10 000 литров в час, но затем что-то происходило и профицит падал до 2000–3000 литров в час, а на следующий день восстанавливался. То есть, судя по всему, это было истощение водоносного пласта — эту проблему, в наших реалиях, не решить.
Как вернётся Маркус, можно будет подумать о механических насосах — даже если они будут давать прирост на 1000–2000 литров в час, это будет стоить того…
Каждое торжественное открытие новой скважины в кварталах встречают с ликованием — это ведь чистая вода, бесплатно, с солидной суточной нормой.
На самом деле, не совсем бесплатно — она включена в подушный налог, из которого оплачиваются расходы на содержание бригад бурильщиков и поддержание скважин в рабочем состоянии, но отдельных «водяных» поборов больше нет. По факту, ничего не изменилось, но людям приятно пользоваться «бесплатной» водой.
— Заебись… — прошептал я, дочитав отчёт от Цай Кэцзю, моего 2-го заместителя и начальника водяного отдела. — Хоть с водой полный порядок…
Следующим был отчёт от Ню Чжона, моего бывшего 3-го заместителя и нынешнего начальника аграрного отдела. Ввиду того, что он большую часть времени проводит «в полях», то есть, в имперской провинции, функции моего 3-го зама выполнять он не может — он полностью сфокусирован на поддержании работы шестисезонной системы сельского хозяйства.
Сара, в пору врио военного коменданта, держала руку на пульсе нашего аграрного сектора: она проконтролировала плавный переход на продовольственное самообеспечение, а высвободившиеся средства, ранее расходуемые на закупку продовольствия, перенаправила в строительство.
В провинциях недовольны — многовековые контракты расторгнуты, прибыли резко упали, но дальше возмущения посланников дело не пошло. Мой авторитет в близлежащих провинциях непререкаем — даже охуевшие юся, типа Джованни, не смеют переть против воли Центра. Все понимают, что если я буду кем-то расстроен, то недолго править тем, кто меня расстроил…
Главный плюс аграрной реформы — радикальная разгрузка бюджета. Укреплённые агрогорода расширяют объёмы поставок продовольствия, которое сразу же попадает на огромные городские склады.