— Но? — спросил я.
— Но потом она пропала, — вздохнула Морвен. — А потом в Камелоте начали пропадать люди… Много людей…
— М-хм… — хмыкнул я.
— Предания молчат о том, что было дальше, — продолжила друидка. — Впрочем, есть много версий.
— Есть ли среди этих версий та, в которой говорится, что она стала кровососом первого колена? — уточнил я.
— Да, — кивнула Морвен. — Я думаю, это как-то связано с её попыткой перейти в мир духов — возможно, ритуал прошёл не совсем удачно, но она сумела обрести часть желаемых сил. А возможно, она превратилась в чудовище, паразита, питающегося людской кровью — мы не знаем наверняка. Но что мы точно знаем — кровопийцы владеют Поднебесной. И лучше с ними не связываться.
— Но я юся, — улыбнулся я.
— Но ты юся, — с грустью вздохнула она.
Примечания:
1 — Цин — это древнекитайская мера площади, равная примерно 6,66 гектаров. В случае с наделом Зонга — это 266,4 гектара. Чтобы было с чем сравнивать, то Московский Кремль — 27,5 гектаров, а Ватикан — 44 гектара. Но в примерах речь о плотной застройке и культовых сооружениях, а в Древнем Китае городскую застройку в надел не давали. Обычно это была просто земля с деревнями. И в контексте просто земли с деревнями, 266,4 гектара, по меркам Древнего Китая — это не так уж и много, потому что видывали лилипутов покрупнее…
Глава двадцать шестая
Наши продукты остаются доступными, ведь наши коровы не разбираются в экономике
*1626-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, резиденция великого канцлера Вэя*
Беседка на участке Кремля обзавелась улучшениями: теперь тут стоит кальян Маркуса, а деревянные лавки заменены мягкими диванами.
— И как? — поинтересовалась Сара, наливая себе чай.
— Я почти нихрена не узнал, — ответил я. — Кроме того, что Моргана — это точно не прикол из артурианских легенд. Ещё я выяснил, что она пыталась попасть в эфир, чтобы обрести беспредельное могущество, но, видимо, что-то пошло не так.
— Это невозможно, — покачала головой Сара.
— Да, бро, даже я знаю, что это невозможно, — согласился с ней Маркус, сидящий на диване у камина и покуривающий трубку. — В эфир попасть нельзя — сперва нужно умереть.
— За что купил — за то и продаю, — пожал я плечами. — Наш постоялец уверяет, что она на юго-западе, с мощной армией из отборных хуесосов — возможно, это не легендарная Моргана, а кто-то ещё, взявший её имя, чисто для понта. Всё-таки, такое не редкость.
Сколько в истории Поднебесной было самозванцев, заявлявших, что они — это Цинь Шихуанди, решивший вернуться из долгого отшельничества и навести порядок в стране. За некоторыми даже стояли нешуточные силы, но все они оказались фейками, распространяющими фейк-ньюс…
Сара сделала жест, и висевший над столом бесплотный дух метнулся в окно.
— Я думаю, что это полная лажа, — сказал Маркус. — Наш подземный пассажир оказался слабаком, не умеющим правильно держать оружие — и это второе колено бладсакеров? Я не думаю, что даже если эта «Моргана» является бладсакером первого колена, она сможет противостоять нам на равных.
— Но у неё достаточно мощная армия, раз она всё это время воюет против шуяо, — сказала Сара.
В беседку вошёл Архивариус, видимо, вызванный её духом.
— Что ты хочешь? — спросил он у Сары.
— Моргана и кровопийцы, — сказала она ему.
— Полторы тысячи золотых лянов, — ответил он.
— Дороговато, хоуми, — покачал головой Маркус.
— Таковы уж условия, — развёл руками Архивариус.
— Ладно, — решил я. — Будут тебе полторы тысячи золотых лянов. Но информация должна быть очень ценной.
— Хорошо, — кивнул Архивариус. — Деньги вперёд.
Я встал из-за стола беседки и сходил в личные покои, за деньгами.
Возвращаюсь и ставлю сундучок с золотыми монетами.
Архивариус начинает тщательно считать их, монету за монетой. Это огромные бабки, безумные, для абсолютного большинства жителей Поднебесной, но для нас — хуйня.
Тёмные фабрики производят 27 700 метров хлопковой ткани в сутки — это 1246 золотых лянов, если реализовывать по 1,5 цяня за один чи ткани.
Кварталы Ядра уже полностью удовлетворены и хлопковая одежда стала чем-то обыденным и больше не считается признаком зажиточности. А учитывая то, что короткие шорты и футболки крепко интегрировались в обиход, общий расход ткани на одежду понизился, поэтому у нас остаются излишки, которые распространяются в провинции.