— Н-на! — бросил я дротик в удаляющегося от меня всадника.
Пробить пуленепробиваемую броню такой дротик не в состоянии, но мне и не надо — при попадании он передал всю свою энергию кровососу и тот рухнул, повиснув на стремени.
Конь испугался и понёс, шоркая кровососом по базальтовой щебёнке.
Бросаю ещё четыре дротика разным адресатам, но попадаю только тремя.
Тут на меня заходит ещё один кровосос-копейщик с позолоченными знаками различия. Он хочет исполнить таранный удар копьём, но мне надоело играть в игры, поэтому я уклонился от копья, врезался в грудь коня и сразу же повалил его.
Кровосос пытается спрыгнуть с падающего коня, но застревает в стременах.
Подхожу к нему и срываю с него шлем, украшенный позолоченными ушами летучей мыши.
— Ха-ха, такой же полупокер, как и остальные! — отметил я, рассмотрев его холёную рожу. — Кто ты, чмошник⁈
— Вам не победить!!! — выкрикнул кровосос и попробовал применить какую-то магию.
Перехватываю его правую руку и выдёргиваю её из сустава, а затем делаю то же самое с его левой рукой. Кровосос орёт, как оглашённый и пытается отбиться от меня ногами.
— С твоими дружками уже покончено, — сказал я, оглядевшись. — А с тобою мы ещё поговорим…
Кавалерийский рейд закончился, очевидно, неудачей, поэтому остатки кровососов бегут обратно к крепости.
Видимо, комендант крепости или кто там командует обороной, очень сильно рассчитывал на этот рейд, потому что начал выводить из крепости пехоту, но сейчас пехота заходит обратно.
В качестве мести за провал, крепостная артиллерия открыла огонь. Тяжёлые ядра падали случайно, нередко отражаясь от породы и улетая то в небо, то дальше по склону…
Добегаю до ближайшей параллели и спрыгиваю в неё, затащив кровососа.
— Пленный? — уточнил морпех, сидящий в нише.
— Нет, блядь, мой новый лучший друг! — ответил я. — Конечно, сука, пленный!
Тащу воющего кровососа по параллелям, в тыл.
— Приготовить спа-процедуры, — велел я, роняя пленника на землю и прижимая его ногой.
— Воду и полотенце, господин? — уточнил мой ординарец, Ма Инцзе.
— А какие ещё у нас бывают спа-процедуры? — удивился я.
— Сию секунду, хоу Вэй! — поклонился ординарец.
— Не могу сказать, что это полезно для здоровья, — сказал я кровососу. — Но одно знаю точно — это будет незабываемо…
— Бро! — увидел меня Маркус. — Что, поучаствовал в той стычке лично?
— Ага, — улыбнулся я. — Как-то это всё тупо было…
— А что им остаётся? — развёл руками Маркус. — А это кто?
Поднимаю кровососа и рассматриваю его знаки различия. Две малые золотые летучие мыши на нагрудном шильдике — это пен-мархог, командир шести копий по двадцать всадников.
— Пен-мархог, — произнёс я. — Мне попалась не очень крупная, но и не самая мелкая рыбёшка.
— За меня могут заплатить выкуп! — сообщил кровосос.
— Думаешь? — спросил я. — А зачем нам тебя продавать?
— Деньги — юся ведь любят деньги! — ответил пен-мархог. — У меня есть много денег и я клянусь, что выплачу вам тысячу золотых лянов за свою жизнь!
— А разве это жизнь? — усмехнулся я. — Это же существование, весьма жалкое, к тому же. Нет, не будем мы тебя продавать твоим дружкам.
— Две тысячи золотых лянов! — воскликнул кровосос.
— Пристал ты со своими деньгами… — поморщился я. — Что золото мне твоё?
Маркус заулыбался, а кровосос потух.
— Всё готово, хоу Вэй! — сообщил мне ординарец Ма.
— Пойдём тогда на спа-процедуры… — сказал я и потащил кровососа к банному шатру.
*1982-й день юся, Поднебесная, провинция Ляохэ , осадный лагерь у крепости Байгулэй, передовые параллели*
Вылезаю из ледяной ванны и иду на передовую.
Окопанные площадки для мортир уже готовы, но осталась самая малость — доставить на них последние три мортиры.
Семицуневые мортиры — это орудия калибром 233,1 миллиметр, с длиной ствола в 8 калибров, то есть, 1864,8 миллиметров.
С дистанции в два километра уже возможно дубасить по стенам — ради этого мы все работали так долго и упорно.
Берусь за ствол мортиры и взгромождаю его себе на плечо. Две тонны — это тяжеловато, но приемлемо…
Морпехи-артиллеристы уже оборудовали лафет на нужной площадке, поэтому нужно лишь установить ствол и перетаскать ядра.
— Уау… — увидела меня идущая по параллели Пенелопа.
Прохожу мимо неё и двигаюсь к окопанной площадке.
Она показала себя очень полезной — не ленится, как некоторые юся-«физики», которых приходится, время от времени, пиздить, чтобы восстанавливать нужный мне уровень дисциплины.