Отряд «химиков» начал выбрасывать со стены полые шары из железных колец, в центре которых размещались закрытые жаровни с травой бледного сна.
Шары начали катиться вниз по склону и распространять усыпляющий дым всё дальше и дальше.
В дополнение, «химики» начали качать насосы и распылять вниз дополнительный дым из установок, что сделало поражение штурмующих неизбежным.
«После такого, я думаю, они больше вообще не будут пытаться штурмовать крепости…» — подумал я. — «Я бы не стал».
Мы, конечно же, допускаем, что противник тоже будет использовать химическое оружие — подсказка была дана, поэтому предусмотрено оснащение всех морпехов и солдат противогазами.
Это сделает обеспечение Вооружённых Сил Поднебесной ещё дороже, но ничего уже не поделать — джинн выпущен из бутылки.
«И снова нужно собирать этих бедолаг», — подумал я, слушая скрежет механизмов, отодвигающий ворота.
— Хоу Вэй! — примчал на стену вестовой. — Вам депеша! Лично в руки!
— Давай сюда, — принял я опечатанную бандероль.
Теряю интерес к происходящему за стеной и спускаюсь по лестнице.
Ввиду того, что донжон разрушен, я квартируюсь в здании гарнизонной казармы, где мне выделена офицерская спальня.
— Хм… — распечатал я бандероль и обнаружил платок, от которого пахнет духами Сары. — Что за романтик?
Кладу шёлковый платок на стол и распечатываю конверт с печатью великой княжны Суруо.
«Великая княжна литовская, ха-ха-ха…» — улыбнулся я и вчитался в письмо.
Сара сообщает, что войско Морганы уже обогнуло горы с юга и показывает аномальную скорость суточных маршей. По версии Сары, это объясняется заблаговременным строительством передовых складов, а также широким применением речного транспорта там, где это возможно.
А ещё Моргана не церемонится с местным населением и уничтожает его при первых же актах неповиновения или недовольства.
Генштаб сухопутных войск Поднебесной, рационально используя имеющиеся силы, направляет эскадроны гусар для перерезания коммуникаций и для усложнения строительства передовых складов.
Лёгкая кавалерия несёт тяжёлые потери, но замедляет продвижение врага, как может.
Вдобавок к действиям генштаба, Сара проводит ускоренную эвакуацию населения из провинций, стоящих на пути Морганы, выполняя две цели: и сохранить жизни, и лишить врага провианта, во всех смыслах.
Но Моргана, сука её мать, идёт…
Сара советует поторопиться с крепостями, потому что времени осталось слишком мало.
«Да, блядь, мало», — вынужден был я согласиться.
*2206-й день юся, Поднебесная, провинция Чжаофу , в лесах*
— Бля, бро, такого кабанчика видел… — посетовал Маркус, идущий слева от меня.
— Нет времени, — отрезал я, продолжая стремительно идти через чащу.
За нами следуют 183 юся — выжившие воины армии похода. Ещё 110 юся остались в крепостях — по десять в каждой, итого безвозвратных потерь — 15 юся.
Это немного, но ощутимо. 318 юся, которых мы набрали в армию похода — это всё, что мы смогли наскрести в Юнцзине и окрестностях.
Сара сообщала о том, что в гарнизон записались ещё 73 юся, прибывших позднее или решившихся слишком поздно, но это, я думаю, всё, что у нас будет в войне против Морганы.
— Может, сделаем привал? — предложил Маркус.
— Устал? — усмехнулся я.
— Я? — ткнул он себя в грудь. — Нет. Но вот они — они да.
Он посмотрел за спину, на бегущих из последних сил юся.
— Да, выглядят как-то жалко, — поддержала его Апполин, сидящая в моей наспинной суме.
— А ты не устала, солнышко? — нарочито доброжелательным тоном поинтересовался я.
Апполин, юся-«стихоплётка», специализирующаяся на стихии Воды, смолчала. Ей-то это путешествие по кайфу — заведомо ясно, что «стихоплёты» и «душнилы» не в состоянии двигаться так быстро, поэтому их погрузили на спины «физикам».
— Ладно, — вздохнул я, а затем обернулся. — Привал!!!
— Ох, ну наконец-то! — громко выдохнула Фатимату, сразу же севшая прямо на мох. — Спать можно⁈
— Валяй! — ответил я и аккуратно спустил с плеч суму с Апполин.
Француженка, почему-то, называющая себя гасконкой, вылезла из сумы и с удовольствием размяла ноги.
— Я тогда сбегаю за тем кабанчиком, — улыбнулся Маркус. — Очень уж хорош…
— Окей, — кивнул я и дождался, пока подтянутся все остальные. — Вон там я вижу хорошую лужайку, на которой мы можем разбить ночной лагерь. Если кто-то ещё в силах, то ищите диких зверей, которых можно пустить на мясо, а остальные — прошу проползти на лужайку и лежать там убитыми тюленями.
Отхожу отлить и замечаю, что рядом со мной встал Хуссейн, тоже начавший отливать на куст.