Золотой стандарт — это вынужденная мера, вводимая от отчаяния. Мы вынуждены были преждевременно основать государственный банк, в который аккумулировали все императорские золотые запасы.
Под золотое обеспечение мы начали печатать банковские билеты, которые меняются исключительно на серебро, по соотношению 0,2 грамма золота за 1 грамм серебра.
На рынке дают 0,1 грамм золота за 1 грамм серебра, поэтому это стало очень выгодно и население понесло серебро.
Чтобы основная масса населения не сомневалась, император дал персональную клятву Небу, что банковские билеты, в любой момент, можно обменять на эквивалент в золоте.
В Поднебесной нет телевизоров, из которых всякие люди пиздят, что ни попадя, поэтому слову императора принято верить — ну и к клятвам относятся тут предельно серьёзно. И раз император сказал, что будут менять, то это значит, что будут менять и точка.
— Хоть с этим всё в порядке… — произнёс я.
— А вот со стратегией будущей войны всё не ок, бро, — сказал Маркус. — Похоже, что мы будем воевать не в стиле Гражданской войны, а в стиле Первой мировой. Это не очень любимый мною исторический эпизод — все эти траншеи, крупнокалиберная артиллерия… Я слишком плохо знаю, как там воевали и что будет дальше.
— Моргана тоже не знает, — улыбнулся я. — Будем получать этот опыт вместе.
— Не люблю, когда что-то отдаётся на откуп удаче, — неодобрительно покачала головой Сара. — Нужно проработать теорию — возможно, кто-то из юся что-то слышал или даже изучал.
— Я точно ничего не слышал и не изучал, — сразу признался я.
— Хотя, мы же от обороны будем исходить, ведь так? — спросил Маркус. — Тогда это ей нужно будет думать, как пробить наши линии обороны. Нам же нужно думать о том, как бы быстро и дёшево повысить огневую мощь… Капсюльные винтовки… Нет, к моменту начала войны они будут далеко не у всех…
Капсюли у нас изготавливаются из травы железного жала, очень неприятной хуйни, которая произрастает в реликтовых лесах и нужна для целой серии эликсиров, включая даже эликсир выносливости.
Алхимики, работающие с железным жалом, знают, что обсидиановую ступку, в которой измельчается железное жало, нужно постоянно вычищать и промывать дистиллированной водой, потому что можно спалить себе все ингредиенты, а если совсем не повезёт, то и всю лабораторию.
Дело в том, что измельчённое железное жало склонно загораться при трении или сильном ударе — это-то её свойство мы и использовали при разработке капсюлей для револьверов и капсюльных ружей.
Железное жало стоит сравнительно дёшево, поэтому мы легко начали производство медных колпачков — Сара справилась с этим сама, подключив двоих мастеров по меди, которые сконструировали станки, производящие колпачки для капсюлей из листовой меди. Естественно, там задействованы духи, которые и скручивают капсюли, после чего начиняют их пылью из железного жала, а затем закупоривают очень тонкой бумажкой.
Испытания показывают, что из 100 выстрелов только в 9 случаях осечка, что свидетельствует о высоком качестве изготовления.
Ну и скорострельность переделанных под капсюли ружей повысилась с 2–3 до 4–5 выстрелов в минуту.
Но помимо установки капсюльных замков, старые ружья переоснащают нарезными стволами — процесс идёт, но слишком медленно, так как изготовление нарезов производится мастерами вручную, с помощью довольно-таки примитивных копиров.
В день переоснащаются 1200 ружей, что даже не очень смешно, учитывая масштабы нашей армии.
Отдельно производятся казнозарядные винтовки для шарпшутеров — таких производится по 650 штук в день, и обходятся они очень дорого, почти по весу золота. В основном они дороги потому, что в них шесть нарезов, а не четыре, как в переделанных ружьях.
И всё же, количество винтовок на вооружении нашей армии увеличивается и это обещает определённый прирост убойности огня подразделений.
— Ладно, ничего, сверх уже сделанного, не поделаешь, — вздохнул Маркус. — Мы ещё не готовы к тому, что будет, но мы готовы к этому лучше, чем войска Морганы.
— Но что делать с тем, что натворила эта престарелая падаль со своей армией? — спросил Реншу.
— Ничего, — ответил я. — Придётся просто учитывать то, что большую часть её войск уже не спасти.
Это основная причина нашей тряски: Моргана, ебать её в рот бутылкой шампанского, обратила в кровососов почти всю свою пехоту.
Не в могущественных кровососов старших колен, а в какую-то хуйню 18–19 колена, мало чем отличающуюся от людей.