Мало, но отличающуюся — эти твари питаются кровью, но меньшими объёмами, чем более старшие колена, более выносливы, чем человек, а также могут питаться человеческой едой. Ну и на них больше не нужно тратить дурман, потому что они подчиняются своему «родителю». Ах да, ещё они не болеют такими неприятными штуками, как тиф, оспа, чума, холера и прочие верные спутники армии.
Если бы Моргана обратила всех солдат в кровососов старших колен, то её армия закончилась бы где-то на полпути, потому что такую ораву не прокормишь, ну, вообще никак. Нет столько населения в Поднебесной, чтобы такая толпа уёбков могла досыта питаться хоть сколько-нибудь длительное время.
И этот «апгрейд» позволил Моргане ускорить перемещение своей армии, благодаря возросшей выносливости солдат, до 80–90 километров в сутки.
По местным меркам это, наверное, фантастика, но наши ребята путешествуют из тренировочных лагерей в Юнцзине до передовой со скоростью 500 километров в сутки, причём не заёбываясь от бесконечной ходьбы, а сидя на деревянных лавках в вагонах.
Общественность до сих пор охуевает от «деревянных змей, ползущих по стали» — до чего дошёл прогресс…
У нас есть всего 670 километров железной дороги, как раз до передовой, но каждый день укладываются дополнительные километры к агрогородам, чтобы ускорить перевозку продовольствия и людей в Юнцзин.
*2755-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, 1-я линия обороны*
Выглядываю из-за бруствера и вижу очередную волну вражеских солдат, прущих на нас длинными цепочками.
— Оружие к бою!!! — скомандовал я. — Разобрать цели! Огонь по команде!
Всё-таки, есть кто-то соображающий в штабе Морганы: после четырёх атак людской лавиной, кто-то догадался построить солдат в цепи, которые организованно, шагом, идут на наши укрепления и пытаются выдавить из них наших солдат.
Пошёл второй месяц войны, неизвестно, скольких мы положили, но сильных кровососов ещё никто не видел — против нас посылают слабосилков 18–19 колена. Да, Моргана обратила всех одурманенных солдат, пришедших к театру боевых действий своим ходом.
Это значит, что против нас сражается целая армия кровососов, которых не взять в плен и не провести через «детокс». Их можно только убивать.
А для кормления всех этих полчищ из южных провинций приводятся колонны из десятков тысяч гражданских.
Моргана, кстати, окончательно решила, что хватит всего этого сюсюканья с человечеством — она объявила о своей персоне и установила в контролируемых провинциях «власть ночи». Теперь там официально сидят пэнаи, то есть, губернаторы, из кровососов и управляют всем в открытую, терроризируя население и отправляя людей на корм армии.
То есть, эта война приобрела более острую экзистенциальную грань. То, что в случае поражения будет очень плохо, было очевидно и раньше, но теперь мы точно знаем, насколько именно всё будет плохо.
— Огонь!!! — скомандовал я.
Солдаты дали слитный залп и первая цепь рухнула почти полностью. Пара-тройка счастливчиков сразу же отступила — им глубоко похуй на смерть, как и одурманенным, но теперь не по убеждению, а по причине невозможности неподчинения своему «родителю».
«Родители» этих «птенцов» — это такие же слабосилки, но на поколение старше, держащиеся где-то сильно позади.
Грохнула осадная артиллерия и на головы идущих кровососов обрушилась картечь.
От стреловидной картечи мы быстро отказались, потому что слишком дорогая штука, сравнительно со свинцовым дерьмом, а эффект почти такой же.
Да и технологически проще отливать свинцовые шары, которые потом надо лишь слегка посеребрить, для остроты вкуса, поэтому мы пошли в сторону упрощения производства, ведь картечи нам нужно просто дохуя и больше.
Стрелковые цепи снова поредели от снопов картечи, но это не повлияло почти ни на что, кроме численности вражеских солдат — они продолжали упорно переть на нас, потому что в наших окопах их ждёт награда. Награда — кровь солдат.
Новый залп — выстрелили ружья и винтовки, а им вторили полевые пушки.
Все, кто был перед нами, попадал замертво, но позади мертвецов уже поднимались с брустверов и строились в поле новые цепи.
Я не знаю, чем думает эта манда, Моргана, но она тупо расходует своих солдат, нанося нам сравнительно незначительные потери. Зачем — возможно, она прочувствовала траншейный тупик и пытается преодолеть его в лоб…
«И всё бы было заебись, не докатывайся эти волны, иногда, до линии траншей», — подумал я, продолжив перезаряжать свою Д-25М.