— А-а-а, теперь я понял, — кивнул я. — А то думаю — чего они хуйнёй занимаются…
— Значит, они готовятся к атаке, да? — загорелась Гизлан.
— Ну, да, — ответил Маркус. — Или это какая-то хитрая схема с тройным дном. Но не похоже.
— Наконец-то, первое серьёзное сражение… — заулыбалась Гизлан.
Она ещё ни разу не сражалась в настоящей битве. О кровососах она узнала от нас, ведь весь её путь до Юнцзина был до безобразия уныл и предсказуем. Питалась подножным кормом, халтурила портовой грузчицей и курьером, а иногда ей удавалось устроиться на стройку и заработать каких-то денег.
Больше у нас юся нет — остальные либо съебались из города, либо предпочли не связываться с Порочным Циклом. Оказалось, что некоторые практики храбрее подготовленных юся…
«Но в городе остались одни слабаки», — вспомнил я. — «Все, имеющие мало-мальскую силу, пошли на земли новой аристократии, ебать мой хуй, ванов и ню-ван, либо чтобы служить, либо чтобы захуярить помеху и занять трон».
Занимаются всякой хуйнёй…
Из сильных юся в Юнцзине только Сара — но и она, кхм-кхм, духовно, с нами. Дух-ящер, дух-мечник и дух-лучница — все трое здесь, готовы к бою. Она зарядила их пятикратным запасом своей Ци, чтобы они работали со 100% КПД и принесли максимум пользы.
— Возвращаются!!! — выкрикнул наблюдатель на вышке и начал указывать на северо-запад.
Смотрю в указанном направлении и вижу, что гусары возвращаются — их осталось меньше половины, но идут строем, что обнадёживает.
Маркус сорвался с места и помчал к передней линии, а я пошёл вслед за ним.
— Охуеть… — прошептал он, глядя на приближающихся кавалеристов. — Вернулось гораздо больше, чем я ожидал.
У многих из них седельные сумы забиты трофеями — ружья, мечи, сабли… А кто-то везёт с собой сломанные вражеские штандарты.
— Здравия желаю, генерал армий! — спешился полковник Кан Цишань.
Одет он в чёрный мундир, перетянутый двумя кожаными ремнями накрест, а на голове у него меховая шапка с кокардой в виде белого черепа — непонятно, откуда он это взял, но смотрелось, в каком-то смысле, стильно.
Но мундир помят и покрыт грязью, перемешанной с кровью — рубились они, как я понимаю, практически в режиме нон-стоп.
— Здравствуй! — кивнул ему Маркус. — Рапортуй!
— За время рейда захвачено и сожжено около девяноста восьми обозов, — начал полковник Кан. — Ещё двадцать изрядно потрепали, но сжечь не смогли, из-за приближения вражеской кавалерии. Уничтожено до девяти вражеских конных отрядов, а также уничтожено до двух с половиной тысяч живой силы врага, включая обозников…
— Отлично!!! — обрадованно похлопал его по плечу Маркус. — А потери?
— Из двух тысяч по штату, налицо девятьсот семьдесят один, — рапортовал гусарский полковник.
— Понял тебя, — кивнул Маркус. — Отправляй своих бравых героев на карантин, а после его прохождения — неделя отдыха! Никаких обязательных работ и караулов!
— Благодарю, генерал армий… — браво козырнул полковник.
— Ступай, — отпустил его Маркус.
Полковник дал команду, и выжившие гусары направились в сторону военно-полевого госпиталя — рядом с ним расположен карантин, в котором они будут сидеть сутки. Затем те, кто не покажет признаков мора второго типа, отправятся на отдых, а те, кто покажет, будут уничтожены и сожжены в мобильном крематории.
Возвращаемся в ставку командира, откуда Маркус и будет командовать битвой.
— Они начали готовить атаку где-то к полудню, — произнёс он задумчиво. — А гусары уехали ночью — возможно, их решение никак не связано с действиями этих безумцев.
— Но ущерб нанесён очень существенный, — сказал я.
— Это, в любом случае, стоило того, — кивнул Маркус. — Какую-то часть боеприпасов не довезли, какую-то часть провианта — всё нам в плюс.
— Какой у нас план? — спросила Гизлан, вышедшая из-за штабного шатра.
— Да нихуя не изменилось, — ответил Маркус. — Ты будешь при практиках — когда дам сигнал, возьмёшь их под командование и направишь туда, куда скажу. Виталик — ты будешь действовать в соло. Когда придёт твоё время, пришлю вестового. Идите на исходные и ждите сигнала.
Я кивнул и пошёл на переднюю линию.
«О, они, наконец-то, определились с боевым порядком», — отметил я изменения у противника.
Большая часть орды уже стоит неподвижно — я вижу, как эти мудаки пристально смотрят в нашу сторону и ждут…
Занимаю свою позицию, рядом с артиллерийской батареей.