Сержант, командующий отделением, козырнул и выделил четверых, чтобы унести этих бесполезных бездарей и слабаков прочь с глаз моих.
Дальше я действовал один — гнев подпитывал меня достаточно, чтобы я мог одновременно применять и стихию Огня, и стихию Воздуха.
Огненный факел облизывал трупы и «дырявил» вал всепожирающим реактивным пламенем…
— Всё, — произнёс я, когда почувствовал, что «бензобак» приблизился к опасной зоне.
Мною было расчищено около полутора километров линии — кое-кто из фриков ещё был жив и отлёживался под грудой тел. Я слышал, как визжат эти мрази.
Отряхиваю кисти, надеваю бронеперчатки и возвращаюсь к переднему краю.
Враг нам не мешал — ему тоже выгодно, если впереди не будет этого неприлично огромного трупного вала.
— Сука, стемнело… — посмотрел я на небо. — Маркус точно не поведёт корпус в ночной бой…
*1381-й день юся, Поднебесная, провинция Чунхуа , близ уездного города Цяньфан , поле боя*
Ночью фрики предприняли попытку сюрприз-атаки, но потерпели неудачу — у нас есть осветительные ракеты, изготовленные из селитры, серы, угля, сурьмы и клея.
Алюминия и магния у нас нет, ведь никто из местных не знает, что это такое, поэтому пришлось переделывать фейерверки — все ингредиенты оттуда, но в совершенно других пропорциях. Нам ведь нужна была не яркая вспышка, а как можно более яркое и долгое горение.
Получились ракеты, весящие примерно 250 грамм и взмывающие в небеса на высоту до 250 метров. Светят они не очень ярко и на малую площадь, но это лучше, чем ночные костры или человеческие глаза.
Когда кто-то из морпехов услышал странные шорохи, в небо были запущены сотни осветительных ракет, показавших нам тысячи ёбаных фриков, ползущих по выжженному полю.
А дальше дежурные расчёты артиллеристов усеяли поле картечью и фрики, наученные горьким опытом двух мясных волн, оперативно отступили.
Наверное, план ночной атаки предусматривал уничтожение артиллерийских батарей, что здорово увеличило бы шансы на успех, но не срослось…
— Утречка, бро, — подошёл ко мне Маркус.
Ночное нападение я сладко проспал, а вот Маркус был всю ночь на ногах — его охватила паранойя, он опасался за фланги и тылы, поэтому лично проверял каждый участок, чтобы не дай бог чего.
— Утречка, — улыбнулся я ему, а затем посмотрел на свежие тела, лежащие по всему полю боя. — Похоже, что мяч на нашей стороне поля.
— Ты как, восстановился? — спросил Маркус.
— Ну, ещё не до конца, — прислушался я к ощущениям. — Но к вечеру буду почти что в норме.
Не буду — всё это очень дорого мне обошлось. Стихия Огня — это одно из самых затратных направлений, а я ещё и не специалист. И вряд ли я когда-нибудь стану мастером стихии Огня, потому что конфликт меридианов…
— Сегодня они снова атакуют, — произнёс Маркус.
— С чего ты так решил? — спросил я.
— Разведка докладывает, что за ночь прибыло дохуя фриков, — ответил он. — Настолько дохуя, что подсчитать их невозможно. В основном андеды разного качества, но немало и обычных фриков. Новых юся не замечено, но это ничего не значит.
— Захуярим любое количество этих мудаков, — с уверенностью заявил я. — А что, если они не атакуют?
— Атакуют, — усмехнулся Маркус. — Я представлю, как думает Александра. Она сейчас может думать только одно: её стратегия — это говно. Но изменить её она не может, поэтому у неё есть только один способ преодоления недостатка качества своей армии — количество. Скорее всего, она уже пришла к выводу, что надо просто послать больше солдат, чтобы проломить нашу оборону, которая тут же посыплется и нам настанет конец.
Даже я понимаю, что это будет означать что угодно, но не конец. Наша оборона эшелонирована, поэтому потеря передовой не даст врагу почти ничего. Есть ещё промежуточная линия и тыловая — это, по словам Маркуса, из доктрин Первой мировой войны.
— Она очень нерационально тратит свои силы, — вздохнул Маркус. — Какой-то ебанутый подход. Хотя, она и есть ебанутая, ха-ха! Я прямо жду, когда же она решится и бросит на нас все свои силы…
— Ну, посмотрим, — пожал я плечами. — Ладно, я пошёл на свою позицию.
— Давай, бро, — кивнул Маркус и направился к ставке.
Всё утро проходило в подготовительных мероприятиях.
Прибыли обозы с дополнительными боеприпасами — каждая батарея получила пятикратный запас картечи, а морпехи получили десятикратный запас патронов.
Сегодня будет решающая фаза этой битвы — нужно не просто выжить, но и решительно победить. Любое отклонение от этих задач будет означать полный провал специальной военной операции.